Читаем Новый Мир ( № 1 2012) полностью

Вторая вывеска, неприятно марающая красными отблесками стены грязного здания и тротуар вокруг, скрывала за собой теплый пар, запах съестного и несколько столиков, за ними расположилось шесть или семь одетых в немодные кожаные куртки мужчин, которые, неторопливо разговаривая, пили пиво, курили и, кажется, играли в карты. Мой приход несколько сбил их с размеренного ритма их занятий, они явно были здешними завсегдатаями и не ждали пришельцев со стороны. Но что делать? Голод — не тетка, я увидел незанятый столик и устремился к нему. Меню на азербайджанском языке ничего мне не сообщило, поэтому, когда подошла хозяйка — довольно еще молодая, но сильно расплывшаяся женщина, по-свойски распоряжавшаяся среди своих посетителей в халате и рваных черных колготках, — я обратился к ней по-русски:

— Добрый вечер.

— Добрый вечер, — отвечала она любезно, хотя чувство любопытства явно пересиливало в ней все остальные эмоции.

Несомненная удача: русский она, по крайней мере, понимала.

— Что-нибудь поужинать… Люля-кебаб, зелень, лаваш, чай…

— Люля-кебаб нет, шашлык… — произнесла она, не без труда подбирая забытые русские слова.

— Ну и отлично: шашлык, огурцы-помидоры — есть?

— Ест.

— Зелень, чай, лимон…

Она записала что-то на бумажке и удалилась за портьеру, отделявшую зал от кухни.

Я же, не в силах более удерживать внутри то, что было пережито за этот день, достал тетрадь и, примостив ее в уголке стола, чтобы она не слишком бросалась в глаза, принялся записывать… Разумеется, я понимал, что я не в Париже и даже не в Москве, где человек, делающий за столиком кафе записи или работающий на компьютере, не может никого удивить, но в конце концов мне было уже все равно: меня просто рвало на куски и надо было хотя бы коротко черкнуть несколько строк про аллею шахидов, про пир Хасан, про Эмиля, дворец ширваншахов, эти дома без огней…

Я очнулся, когда голос хозяйки над моей головой произнес:

— Вы пишете? — Глаза ее выражали неподдельное изумление.

— Да, пишу.

— А зачем? — В ее глазах пылал огонь любопытства, когда она ставила передо мной тарелку с двумя палочками шашлыка.

— Я первый раз в Баку, много впечатлений, вот я и записываю, — честно сказал я. — Я — писатель.

— А вы русский? — полыхая от любопытства глазами, спросила она, не в силах оторвать от меня взгляда. Я понял, что в этот момент не она одна смотрит на меня, и хотя в кафе по-прежнему стояла тишина, я чувствовал, что карты отброшены и главная игра происходит сейчас между нами.

— Конечно, русский.

— Из России?

— Из Москвы.