Читаем Новые мосты полностью

– Надо смотреть, – кивнул управляющий. – Оливки как раз собирают где-то с ноября по февраль… лучшее масло вообще получается из смеси зеленых, полуспелых и спелых плодов.

– То есть кому и чем собирать, где хранить… по крайней мере, зерно уже уберут, и можно будет нанять крестьян на сбор оливок, – кивнула Мия.

Опять же и люди заработают.

– Мне кажется или старое оборудование осталось? – пробормотал Джакомо.

– А пожар?

– Мия, что может сгореть в гранитных жерновах? Или в прессе?

Действительно, что?

Целы были и жернова, и пресс – и то поди их утащи! Там такие каменюки…

Оливки сначала превращали в кашицу жерновами, потом прессом отжимали масло, потом по-простому отстаивали получившееся масло, сливали воду…

Сейчас уж, может, и еще что придумали, поинтереснее.

Оливковые деревья тоже…

Посадить дерево можно сейчас. А вот плоды с него получить… иногда и до двадцати лет доходит.

По счастью, старые деревья были целы.

Урожай, неурожай…

Когда накрылось собственное производство, отец Пьетро и Джакомо просто разрешил собирать оливки крестьянам. Часть их он продавал… купцы приезжали.

Ньор Димартино урожай тоже собрал, но продавать не спешил. Решил сначала поговорить с хозяевами.

Получалось вполне интересно. Старые деревья были живы, давали неплохой урожай, новые можно посадить – и постепенно начать производить масло. Сначала для себя, а потом уж можно и на рынок с ним выходить.

Мия решила, что надо попробовать.

– Я поговорю с Лоренцо, посмотрим, сколько мы сможем выделить.

И подумала, что у нее еще есть бумажки ростовщика. Тоже деньги… почему бы и не вложить их в Феретти? У Серены и Джулии приданое постепенно набирается, а ей… ей и не надо. Кто ее замуж возьмет, она же метаморф.

Пусть будет Феретти.

* * *

Спустя почти неделю Джакомо и Мия увозили с собой большие списки всего необходимого. Что-то можно было заказать на месте, что-то купить в городе…

Но в целом – почему бы и нет? Поместье должно приносить доход, и не только от арендаторов. А деньги надо вкладывать в дело.

Мия вообще отнеслась к этому достаточно легко. Она же не трудом их зарабатывала, считай, на дурачка досталось, вот и уходило просто. Пусть будет оливковое масло. Пусть у Феретти будет доход.

Пусть в доме ее детства все будет хорошо. Даже если она туда и не вернется…

Адриенна (столица)

Когда Филиппо Третий прочитал письмо дана Рокко…

Смесь ярости и радости, вот так можно описать чувства его величества.

С одной стороны… дан Рокко описал, что именно произошло с убийцей. И Филиппо радостно потирал руки.

Адриенна действительно Сибеллин. Об этом свидетельствует все, от ее внешности до роз. От состояния самого дана Рокко (которого в столице весной бы уже на погост отнесли) до случившегося с убийцей. Последнему поделом, но…

Филиппо был умен и образован. Сволочи такими тоже бывают, это им серьезно помогает преуспевать в жизни. И хроники династии Сибеллинов он читал.

Слышал о проклятии королевской крови.

Там было примерно так. Если честь по чести вызвать на поединок – дерись, сколько влезет, побеждай, убивай. Наказания не последует.

А если ты собираешься напасть, причинить вред…

Прости, тебя предупреждали. Просто сгоришь от проказы. Быстротекущей или вялотекущей, в зависимости от ситуации.

Убийца, видимо, пролил королевскую кровь – и был наказан, мгновенно и жестоко.

И его, Филиппо Третьего, намеревались лишить этого сокровища!

Способа снять проклятие с его личной династии? С королевства?!

Ярость поднималась ураганом, вздымалась штормовой волной, выжигала душу лесным пожаром.

Осьминог, говорите?

Его величество совершенно плебейски обожал осьминогов, которых мариновали и поджаривали на вертеле. Кажется, настало время добавить в свою коллекцию еще одну зверушку?

* * *

Грязный квартал стонал и рыдал.

Его величество не разменивался на всякую ерунду вроде стражи, вот еще не хватало! Он попросту ввел в столицу войска, а с моря нацелил на Квартал корабли. И приказал хватать всех, кто попробует вырваться.

А сопротивляться будут – убивать без жалости.

И солдаты пошли через Квартал.

Женщин и детей, правда, старались не трогать. Ну, разве что юбку кому из баб задрать, но и то командир за такое взгреть может. Так что сильно не связывались.

Да и его величество распорядился – найти Осьминога. Ему лично предоставить живым.

Остальных… по ситуации. Попадутся – допросить. Разобраться, потом задержать до выяснения.

Над Грязным кварталом повисли стон и вой.

* * *

Осьминог долгих сборов не любил.

Роскошь, конечно, жаль, ну да ладно, денег у него хватает, на бобах не останется. Прихватить кое-какие документы из тайника – и в потайной ход.

Его люди?

Какие еще «его люди»? Это не люди, это мразь помоечная, отребье и гнилье! Плесень перемойная, он таких где хочешь нагребет…

Так что мужчина помчался за документами, открыл тайник… и получил по голове так, что в него же носом и влетел. Трое самых-самых приближенных к нему «придворных» даже и совещаться на этот счет не стали.

Сгребли все из тайника, запихнули в мешок, связали своего бывшего предводителя – так, для верности, – и потащили все это комплектом. К солдатам.