Девиз Раиса Салахова с прибавкой от Люции — вот что показалось особенно интересным Алексею Стаханову в соревновании строителей. В воздухе запахло ветрами первых пятилеток… Нахлынули воспоминания… II возникло желание в какой-то форме приобщиться к соревнованию молодых автостроителей.

В газете «Советская Татария» 8 февраля 1972 года появилось подписанное Алексеем Стахановым и его знаменитыми сподвижниками — Иваном Гудовым, Петром Кривоносом, Марией Виноградовой, Александром Бусыгиным письмо-обращение, адресованное Раису Салахову, Виктору Деребизову, Люции Шамсутдиновой, Асии Султановой и другим инициаторам соревнования, всем строителям Камского автокомплекса.

«Приятно и радостно сознавать, — пишут ветераны, — что в ваших делах продолжают развиваться замечательные традиции нашего общества, что эстафета трудовых свершений, которую достойно несло наше поколение — ваши деды и отцы, теперь переходит в надежные руки энергичных, хорошо образованных, вооруженных самой передовой техникой строителей 70-х годов. Мы видим в вас, дорогие друзья, свою кипучую молодость, мы слышим в ваших девизах продолжение дел героических первых пятилеток».

Перевыполнять задания каждый день, каждую неделю, каждый месяц, перевыполнять на каждом объекте при высоком качестве — это требует высокой организованности всего коллектива. Здесь отдельными рекордами не двинешь дела. И вожаки соревнования тридцатых годов говорят молодым: «Ваша инициатива, дорогие наши друзья, дает хорошие всходы лишь в том случае, если вы своим примером увлечете всех строителей КамАЗа».

В газетах, по радио, на голубых экранах телевизоров пошла перекличка ветеранов соревнования с их юными последователями. «Правда» назвала ее «Перекличкой поколений». Прославленные герои первых пятилеток передают трудовую эстафету молодым строителям коммунизма.

АЛЕКСАНДР БУСЫГИН

В. Лельчук

В 1928 году, в канун первой пятилетки делегация советских хозяйственников посетила Соединенные Штаты Америки. Во время поездки по стране она встретилась с известным автопромышленником Крейслером. Разговор, естественно, шел об автомобилях. В нашей стране начиналось огромное промышленное строительство. Народное хозяйство испытывало острую нехватку транспортных средств. Начиная постройку собственных автозаводов, следовало учесть и по возможности использовать опыт, накопленный к тому времени американцами. Крейслер внимательно выслушал представителей Страны Советов и заговорил:

«Я сочувствую вашему стремлению построить автомобильный завод. Автомобиль — это не роскошь. Он вам нужен. И он, безусловно, вам нужен в большом количестве. Но, поверьте мне, если вы будете жадничать и пытаться создавать у себя на голой земле новую промышленность снизу доверху, не выйдет ничего. Мой совет: начинайте со сборки. И постепенно, приучая людей к делу, ставьте одно производство за другим: сперва более легкие детали, потом посложнее; лет этак через семь можно перейти к моторам. Этим путем идем и мы в новых делах. Не избежать его и вам».

Ответ оказался для него неожиданным: «Для нас этот путь не подходит».

«Но где, — воскликнул Крейслер, — вы найдете людей, которые могли бы на следующий день после постройки такого гигантского завода, который вы замышляете, стать у станков и завертеть такую машину? Нет, ничего у вас не выйдет».

Примерно то же самое сказал и Форд. Правда, вскоре он согласился оказать техническое содействие строительству автомобильного завода в Нижнем Новгороде, но не потому, что стал думать иначе. Надвигался экономический кризис, и приходилось дорожить каждым заказом. Если бы в ту пору Крейслеру или Форду показали Александра Бусыгина и сказали, что этот крестьянский парень, став рабочим, ровно через семь лет превзойдет лучшие показатели, достигнутые на их заводах, они бы не поверили. Не поверил бы и сам Бусыгин. И не удивительно. Жил он тогда в глухой деревушке, где никто понятия не имел о королях американской автопромышленности, да и автомобилей в глаза не видел. Но именно Бусыгин такого успеха и добился.

Александр Харитонович Бусыгин родился в 1907 году в деревне Калеватовская Ветлужского района Нижегородской губернии. Говоря о детстве, он не может вспомнить ничего радостного. Семья была большой. За стол садилось 14 человек. А хлеба хватало только до середины зимы. От детства осталось одно ощущение — чувство голода: не было такого дня, чтобы не хотелось есть.

Вспоминается изба из одной комнаты, где жили старики и дети, мужчины и женщины, молодожены и их младенцы. Здесь же зимой держали телят и поросят. Вся «мебель» — это огромный деревянный стол, скамейки да полати. Скатертей, металлической посуды, простынь — ничего этого не было. Никто не умел ни читать, ни писать. Бумага и чернила в доме не водились, не говоря уже о книгах. Если приходило письмо — случай необычайно редкий, — обращались к единственному в деревне грамотею. Он же писал и ответ.

И еще запомнился Бусыгину на всю жизнь тот час, когда урядник пришел описывать за недоимки корову. Сколько было слез и унижений!..