Читаем Ноль ноль ноль полностью

После падения железного занавеса Советский Союз разваливается. Меняется Россия, меняется и ее столица. Начинаются разборки между русскими и чеченцами. Кровь льется рекой, но виной тому больше экономические интересы, чем межнациональная рознь. Иваньков – вор старой закалки, предпочитающий делать все сам, и запачкать руки не боится. Он принимается устранять чеченцев и их партнеров одного за другим. Но простейшее правило состоит в том, что чем больше убиваешь, тем выше вероятность, что рано или поздно кто-нибудь отплатит тебе тем же. Мало того – вся эта резня и спровоцировавший ее бардак начинают раздражать верхушку русской мафии, которая принимает решение отправить Иванькова в США. Так можно одним выстрелом убить двух зайцев: получить относительное спокойствие дома и свой бизнес в Штатах. Теперь, когда границы открыты, это несложно. Достаточно запросить в посольстве США в Москве двухнедельную визу. Вячеслав Иваньков выезжает по своему настоящему паспорту как консультант кинокомпании, которая принадлежит русскому магнату, проживающему в Нью-Йорке много лет. Прошло чуть больше года с тех пор, как он покинул стены тюрьмы на родине, совсем недавно официально вернувшейся в лоно свободного мира. Советский Союз всего два с половиной месяца как распался.

В Нью-Йорке, куда прибывает Иваньков, все уже готово. Начиная с денег, которые Япончик тут же вкладывает в устроение своей новой жизни. За какие-то пятнадцать тысяч долларов он заключает фиктивный брак с русской певицей, имеющей вид на жительство в США. Он селится в районе Брайтон-Бич в Бруклине, куда начиная с семидесятых годов съезжаются толпы евреев-эмигрантов из СССР, из-за чего его прозвали “Маленькая Одесса”. Там есть и море, и пляжи, но сильно ошибется тот, кто представит себе этнический квартальчик со скрипками и балалайками. Главное, что вывезли на память о родине обитатели этих загаженных кирпичных коробок, – это мафия. Русская мафия.

На третьем фото в семейном альбоме – совсем другой район. Снимок сделан мастерски – фотографу удалось скрасить окружающее убожество за счет цветовой переклички между пламенеющим закатным небом и студеным прудом, плещущимся у подножия квартала. Но даже самый одаренный мастер бессилен против нагло вломившихся в кадр многоэтажек, загородивших весь горизонт. Они торчат на западной окраине Москвы, посреди огромного парка, перерезанного четырехполосной магистралью. Жалкие в своей попытке прикинуться офисными зданиями, своей безликой, подпорченной смогом белизной издалека они напоминают гигантский крольчатник. Это Солнцево – рабочий поселок, выстроенный по решению советских властей в 1938 году. У властей явно было чувство юмора. Какое там солнце – свет разбивается о бетонные коробки, и между ними безраздельно царит тень. Именно здесь зародилась солнцевская братва.

Пот и натужившиеся в схватке тела. Вот цвет солнцевской братвы и вот имя ее основателя: Сергей Михайлов, он же Михась, местный уроженец. Оставив позади мелкие подработки и такое же мелкое мошенничество, чудом избежав тюрьмы, в восьмидесятые Михась делает из своей любви к борьбе профессию и собирает под свои знамена всех, кто разделяет его страсть. Это первые шаги спортивного клуба? Или ядро будущего войска?

В те годы его арестовывают дважды: раз за вымогательство и второй раз за убийство владельца казино. Но из-за отсутствия доказательств оба раза оправдывают. Тем временем солнцевская братва, как окрестили отряд верных бойцов Михася, все разрастается. Пот и борьба. Жестокость и сила. Группировка притягивает себе подобных. Громил, головорезов, тех, кто готов на все. Чтобы устоять против прочих банд, надо объединяться: качай мышцы, если хочешь выжить. Создаются коалиции с другими группировками – например, с ореховской, – и всего за несколько лет солнцевская братва становится силой, способной распространить свое влияние за пределы района и наконец прибрать к рукам различные компании.

Основной бизнес – это “крышевание”, разросшееся в девяностые годы до масштабов, совершенно несопоставимых с итальянским “пиццо”. По данным ФБР, за право управлять собственными супермаркетами в России австрийская торговая сеть Julius Meinl вынуждена платить пятьдесят тысяч долларов в месяц. Coca Cola заявляет, что принципиально не платит рэкетирам, и на следующий день у ворот ее новой фабрики в Подмосковье появляются люди с автоматами и гранатометом – при налете тяжело ранены два охранника. Компания подала заявление в соответствующие органы, однако дело так и не было раскрыто. По данным Интерпола, вооруженным нападениям подверглись и такие международные корпорации, как IBM, Philip Morris и, что любопытно, Cadbury, Mars и Hershey’s – как будто деньги, выбитые с шоколадных фабрик, особенно сладки.