Читаем Ноль ноль ноль полностью

История Кики связана с человеком по имени Мигель Анхель Феликс Гальярдо, известным как Крестный Отец. Феликс Гальярдо работал в Федеральной уголовной полиции Мексики. В течение многих лет он арестовывал и преследовал контрабандистов, изучал их методы, раскрывал их каналы. Он все знал. Он охотился на них. Однажды он направился к главарям контрабандистских группировок и предложил им объединиться, но с одним лишь условием. Сделать его главным. Те, кто согласился, стали частью клана, ну а кто хотел действовать в одиночку, мог свободно продолжать делать это. И был впоследствии убит. Артуро тоже решил присоединиться к клану. Для Гальярдо кончился срок службы и началось время перевозок марихуаны и опиума. Он стал лично разрабатывать каналы доступа в Соединенные Штаты. Пядь за пядью – где взять хитростью, а где пустить в дело лошадей и грузовики. В то время в Мексике еще не было картелей. Их основал Феликс Гальярдо. Картели. Так их называют все, даже дети, которые и не знают толком, что значит это слово. Но в большинстве случаев оно подходит как нельзя лучше. Группы людей, управляющих кокаином, ценами на него, его распространением и капиталами, заработанными на этом. Картель – это по сути экономический термин, обозначающий производителей, которые объединяются и вместе устанавливают цены, решают, сколько производить, как, когда и где это распространять. Это работает и для обычной, и для теневой экономики. Цены в Мексике устанавливали несколько людей из наркокартелей. Крестный Отец считался мексиканским кокаиновым царем. Под его началом работали Рафаэль Каро Кинтеро и Эрнесто Фонсека Каррильо по прозвищу Дон Нето. В Колумбии между соперничающими картелями Кали и Медельина тогда полным ходом шла война за контроль над торговлей кокаином и маршрутами его перевозки. Короче, мясорубка. Но у Паблито Эскобара, главы Медельинского картеля, появилась проблема за пределами Колумбии: полиция Соединенных Штатов, которую ему не удавалось подкупить, изымала слишком много грузов на побережье Флориды и на Карибских островах, а он-то сливал туда товар килограммами. Аэропорты становились чем-то вроде таможен, за которые надо было слишком много платить, и он терял на этом огромные деньги. Поэтому он решил попросить помощи у Гальярдо. Они сразу же нашли общий язык, Паблито Эскобар, он же Маг, и Феликс Гальярдо, Крестный Отец. Ударили по рукам. Теперь мексиканцы будут возить кокаин в Штаты: Гальярдо знал границы, и для него каналы были открыты. Ему были известны пути транспортировки марихуаны: раньше по ним возили опиум, а теперь пришло время кокаина. Крестный Отец доверял Эскобару, так как знал, что тот никого не настроит против него, ведь у колумбийского босса не хватило бы сил посадить в Мексике своего человека. Гальярдо не обещал ему исключительных прав. Он отдал бы предпочтение Медельинскому картелю, однако если Кали или другие картели помельче попросили бы его заняться перевозкой их грузов, он бы точно согласился. Заработать на всех, не будучи никому врагом, – непростая задача, но пока этот канал был нужен многим, можно было выкачивать деньги из всех. Все больше и больше денег.

Колумбийцы обычно платили за каждый груз наличными. Медельинцы платили, и мексиканцы возили товар в Штаты в обмен на песо. Потом – на доллары. Но спустя некоторое время Крестный Отец почуял, что деньги могут обесцениться и куда удобнее было бы иметь дело с кокаином; распространять его напрямую на североамериканском рынке значило сделать ход конем. Когда колумбийский картель стал поставлять больше грузов, он потребовал платить товаром. Эскобар согласился, ему это даже показалось удобным. Да и как бы там ни было, отказаться он не мог. Если груз было легко перевезти и спрятать в поезде или грузовике, тридцать пять процентов кокаина уходило мексиканцам. Если все было сложнее и приходилось пользоваться подземными туннелями, они получали пятьдесят процентов груза. Эти непроходимые тропы, эти границы, эти три тысячи километров Мексики, намертво пришитые к Штатам, стали главной статьей дохода Крестного Отца. Мексиканцы стали не просто перевозчиками, но и распространителями. Теперь они доставляли кокаин боссам, главам районов, дилерам и американским группировкам. Теперь дела вели не только колумбийцы. Теперь и мексиканцы могли претендовать на свой кусок пирога. И на что-то большее. Бесконечно большее. Так бывает и с большими фирмами: дистрибьютор часто становится самым главным конкурентом производителя, и доходы дочернего предприятия превышают прибыль головной компании.