Читаем Ночь морлоков полностью

– Нужно соответствовать, – сказал он, – порокам того времени и места, где ты оказался. Боюсь, та Англия, которую вы так любите, еще недостаточно цивилизована, чтобы лицезреть открытое курение опия, не считая при этом сие занятие хоть в малой мере скандалезным. Хотя мне представляется, что скандал скорее уж лежит в отношении к этой привычке низших классов общества, а не в надуманной пагубе самого этого наркотика. Как же скучны эти маленькие умы с их бесконечной поглощенностью классами, местами и положением в обществе! Разве вам не хочется увидеть, как они наконец будут стерты с лица земли?

– Близнецы они или нет, – сказал первый официант, – меня при виде этих двух мороз подирает по коже! Как, по-твоему, о чем они могут говорить?

– Стереть их, – холодно произнес Амброз, – возможно, будет не так просто, как вам кажется.

– Ну-ну, Амброз. Не заблуждайтесь на сей счет. В прошлом наши конфликты были подобны… шахматной игре, так сказать. Да, именно игре в шахматы. Но в данном случае ваш король уже пожертвован мне. Шах и мат. Игра окончена. Осталось только убрать фигуры с доски.

– Может быть, может быть… Вы заговорили про шахматы. Насколько я понимаю, вы нашли новых игроков, достойных вашей страсти к этой игре! – Амброз отхлебнул вина и обвел взглядом переполненный ресторан. Гул множества разговоров, позвякивание столовых приборов по фарфору – все это заглушало их разговор.

– Черт побери, вы правы, – лихорадочно проговорил Мерденн. – Это нация игроков в вист и в другие непристойные карточные игры, единственная цель которых создать видимость вежливой беседы с противоположным полом!

– И это, я полагаю, ничуть не похоже на возможности, которые предоставляла вам игра в шахматы, когда вы были известны, как Ибрагим.

– Ничуть, – согласился Мерденн. – Даже сам Сулейман был заядлым игроком, хотя он не очень-то ценил свои пешки. Как же я тоскую по тем дням! Изучать положение фигур на доске сквозь опиумный туман – словно орел, который парит, поднявшись на мили над пустыней, изучает дела людские… ты хозяин всего…

Он погрузился в безмолвное воспоминание.

– Послушайте меня, Мерденн. Я предлагаю вам игру.

– Правда? – Его глаза загорелись. – Дьявольски мило с вашей стороны, Мерлин… то есть Амброз, прошу прощения. С учетом того, что вы потеряли почти все в наших разборках.