Читаем Ночь морлоков полностью

– Возможно, он задержался, – предположил я. – А задержало доктора то, что вынудило его ехать отдельно от нас.

– Что ж, не можем же мы вечно тут торчать. – И Тейф двинулась вдоль высокой металлической ограды, окружавшей территорию клиники. Я пошел следом, и через несколько шагов мы оказались в темном пространстве, куда не доходил свет фонарей, украшавших улицу перед домом.

– Тс! Хоккер, Тейф – сюда! – Я повернулся и увидел фигуру Амброза, отделившуюся от самой глубокой тьмы у ограды. Он жестом руки поманил нас. – Веселенькое дело, да? – сказал он, когда мы втроем образовали маленький заговорщицкий кружок против металлической ограды.

– Зачем вы нас привезли сюда? – спросил я тихим голосом. – Какое отношение наше дело имеет к какой-то частной клинике?

– Скоро узнаете. – Амброз достал откуда-то из-под пальто цилиндрический предмет – предмет этот оказался медной капитанской подзорной трубой – и быстро растянул его на полную длину. – Посмотрите на это большое окно вон там, – сказал он, протягивая трубу мне.

Я сделал, что он просил, и вскоре уже настроил трубу на стекло окна, указанного Амброзом. Линзы были великолепного – или волшебного? – качества, позволяя рассмотреть комнату за стек-лом во всех подробностях.

– Ну, что вы там видите?

– М-м-м… довольно хорошо обставленную комнату, больше напоминающую гостиную в чьем-то доме, чем палату в клинике. Книги, дрова горят на колоснике, все такое. И старик в кресле с подголовником читает книгу. – Я передал подзорную трубу Тейф, и та в свой черед навела трубу на указанное окно.

– Что-то из этого имеет значение? – спросил я.

– Человек, которого вы там видите, – невозмутимо сказал он, – не кто иной, как реинкарнация короля Артура, защитника Британии.

– Но… но там же какой-то старик! – воскликнул я. – Весь седой.

– Артур рождался и старел во многих своих жизнях, – сказал Амброз. – Кроме тех его реинкарнаций, которые погибали в расцвете юности, когда он выполнял свой долг перед Англией и всем христианским миром.

– Но сегодня – он глубокий старик, – повторил я. – Какая у нас есть надежда победить морлоков с таким вождем?

– Вы говорите, как сопливый юнец, – отрезал Амброз. – Старость – наилучший возраст для великого воина, в это время к его таланту полководца добавляется самая неподдельная мудрость. Нет, не преклонные годы в этой его жизни ослабили его и не позволяют ему теперь возглавить войну с морлоками. Тут действуют совсем другие факторы.

– И какие же?

– Мой дорогой Хоккер, все мы сейчас на пути к раскрытию этой тайны. Вы и Тейф – мои союзники в поисках истины, известной мне только отдельными фрагментами. Я знаю, что в настоящее время Артур катастрофически слаб, и знаю, кто за это ответственен. Но как им это удалось и что должны сделать с этим мы – вот вопросы, на которые мы должны найти ответ все вместе.

– Тогда я с вами, – сказал я. – Неужели его держат в плену? И кто же его тюремщики?

– В комнату вошел кто-то еще, – произнесла Тейф, не отнимая подзорной трубы от глаза. Она в течение еще нескольких секунд внимательно вглядывалась в освещенную комнату за стеклом окна, потом пробормотала: – Это невероятно. Похоже, что…

– Дай я посмотрю. – Я взял трубу из ее послушной руки и навел на комнату. – Боже мой! – воскликнул я. – Это… это же вы! – Я повернулся к Амброзу. – Человек, разговаривающий с Артуром, – ваша точная копия! Что тут происходит?

Без всяких объяснений Амброз отнял у меня подзорную трубу и навел ее на две фигуры, видимые в окне: седоволосого, но сохранившего благородный вид старика и пугающе точную копию самого Амброза.

– Да, – пробормотал он, убрав трубу от глаза и полностью ее сложив. – Это он. Мой старый заклятый враг, а точнее – враг всего человечества. Он снова вернулся к активной жизни вследствие этой дьявольской игры со временем, затеянной морлоками.

– Но кто он? Или что?

– Сейчас он действует под именем доктора Мерденна из Парижа, основателя и главы собственной частной клиники здесь, в Лондоне. Но я знавал его в другие времена и в других местах, далеких от этого. Возможно, высшей точки всех своих предыдущих карьер он достиг, когда звался Ибрагимом, главным советником Сулеймана Великого в те времена, когда Оттоманская империя находилась в зените и представляла собой постоянную угрозу христианской Европе. Я тогда сражался с ним на пару с Артуром, и мы едва избежали поражения и уничтожения христианского мира.

– Значит, этот Мерденн бессмертен, как и вы?

Амброз почти полностью прикрыл глаза, но продолжал вглядываться в далекое окно.