Читаем Нью-Йорк полностью

Но толпе не было дела ни до их ран, ни до отваги. Она бросилась на них с ревом, осыпая градом камней и всем, что попадалось под руку. Инвалиды отступили, будучи в безнадежном меньшинстве.

Толпа же вкусила крови. Призывной пункт еще полыхал, а она уже двинулась через город и на ходу била окна. Фрэнк пошел следом. Он увидел каких-то женщин, вооруженных ломом и взламывавших трамвайные рельсы. На Лексингтон-авеню услышал рев: нашли начальника полиции. Его лицо превратили в кровавое месиво. Из многоквартирных домов в толпу вливались новые участники. Огромная часть устремилась на Пятую авеню и оттуда на юг. Мастер гадал, что же дальше, когда услышал вопль:

– Оружие, ребята! Оружие! – И секунду спустя: – Арсенал!

От толпы отделилась большая группа и ринулась через город. Арсенал находился на пересечении Второй авеню и Двадцать второй улицы. Всего в полутора кварталах от Грамерси-парка.

Мастер повернулся и побежал.

Юный Том никогда не видел мать в таком состоянии. Час назад он чуть не ушел в отцовскую контору, но решил, что лучше остаться дома. К черту папашу, если он там затаился! Его долг – защитить мать.

Хетти Мастер две ночи не сомкнула глаз. В первый вечер она спокойно сказала Тому, что отец ушел по делам и ночевать не придет. Во второй призналась, что они поругались. «Завтра обязательно вернется», – хладнокровно добавила она. Глядя на бледное, осунувшееся лицо матери, Том восхитился ее выдержкой.

Но это утро было чересчур даже для нее, сильной. Сперва они услышали отзвуки беспорядков, хотя толпа не прокатилась через Грамерси-парк. Том вышел посмотреть, что творится, и встретил соседа, который только что вернулся с Саут-стрит.

– Они идут на окраину бунтовать против призыва, – сообщил тот, – но в районе Саут-стрит все тихо. В центре вообще спокойно, даже в Файв-Пойнтс.

Эти новости успокоили домочадцев, и Том решил не связываться с отцом.

Но как только до них дошли известия о бунте на призывном пункте, мать снова ударилась в панику. Она встала у большого окна, глядя на площадь и бормоча: «Где же он? Где же он?..»

– Я схожу поищу, – предложил Том на сей раз, но Хетти взмолилась, чтобы не ходил.

– Хватит того, что там твой отец, – сказала она.

И Том не стал настаивать, решив остаться для ее защиты.

Для этого он поднялся наверх. Из мансардного окна был виден пожар, бушевавший в двадцати пяти кварталах к северу. Какое-то время он смотрел, потом спустился.

Матери не было в холле. Он позвал ее. Тишина. Вышла горничная.

– Миссис Мастер ушла, – доложила она.

Выходило так, что мать увидела кеб, подъехавший к соседнему дому, выбежала и села в него.

– Она наказала вам присматривать за домом, – передала горничная.

Том вздохнул. Было ясно, куда она отправилась, а потому он мог с тем же успехом остаться дома, как ему велели.

Фрэнк Мастер добрался до Грамерси-парка к полудню. Том оказал ему не слишком радушный прием. Объяснив, что мать считаные минуты как покинула дом, он спросил у отца, где тот был, и наградил его яростным взглядом, когда Фрэнк ответил: «Далеко». Фрэнк счел, что нет особого смысла ехать за Хетти в контору, ибо она, конечно, покатила туда, – можно запросто разминуться по дороге. Правильнее будет подождать ее дома. А если сын продолжит свои злобные зырканья, он выставит его за порог.

– Том, к арсеналу на Второй движется толпа всякого сброда. Лучше присматривай, чтобы не заявились сюда. Сам не суйся, но поглядывай и дай мне знать, если что. – Он осмотрелся по сторонам. – Я собираюсь закрыть все ставни.

На набережной Саут-стрит было тихо. Хетти не знала, как долго прождала в конторе, но она хотя бы выяснила, что Фрэнк не исчез. Это было уже кое-что. И клерк не сомневался, что Фрэнк вернется, как обещал. Она решила дождаться. Сидеть можно было только на жесткой деревянной скамье. Фрэнк, как большинство деловых купцов, не одобрял, когда посетители задерживались подолгу. Ей было все равно. Главное – увидеть его. Но вот прошел час, а он так и не появился.

Время от времени приходили разные люди, и старый клерк их быстро обслуживал. В тишине слышался лишь скрип пера, которым он царапал в гроссбухе. Хетти подумала было пойти домой, но побоялась разминуться с Фрэнком. Было почти два часа пополудни, когда в дверь сунулся молодой клерк из соседней конторы.

– Там становится жарко. Мы закрываем лавочку, – сказал он старому.

– Что происходит? – спросила Хетти.

– Боюсь, мэм, в Вест-Сайде беспорядки. Там травят ниггеров. Не знаю, вздернули ли уже кого, но полагаю, что не прочь.

– Да какое отношение имеют к призыву черные?! – воскликнула она.

– Такое, что, если Линкольн одержит верх, ниггеры наводнят город и займут рабочие места. По крайней мере, так они думают, – ответил клерк. – Это, а еще ниггеры им просто не нравятся, – добавил он для пущей ясности.

Хетти пришла в такой ужас, что чуть не лишилась дара речи.

– Что еще? – спросила она.

– Они пошли громить дома по Пятой авеню. Побывали и у мэра, но не застали его. Он вызвал своих людей в отель «Сент-Николас инн». Будут решать, что делать. Это все, что я знаю.