Читаем Ниточка памяти полностью

— Домой. А потом, думаю, на Джинкс. — Лэрри Гринберг состроил то, что Лукас Гарнер назвал бы мучительно сладкой улыбкой, хотя даже он никогда бы не догадался, что она означает. — Им теперь ни за что не удержать меня и Джуди, Я единственный человек во вселенной, который может читать письменность бандерснейзов.

Месней тряхнул головой и захохотал. У него был раскатистый, беспомощный смех, такой же заразительный, как свинка.

— Лучше не лезьте в их умы, Гринберг. Если не будете осторожны, вы кончите тем, что превратите весь космос в зверинец.

Другие подхватили смех. И Лэрри улыбнулся им, хотя только он знал, насколько верны слова Меснея.

А, может, Гарнер догадался? Старик смотрел на него очень странно. Неужели Гарнер догадывается, что два миллиарда лет назад Кзанол взял рейкарливанского раба как безделушку или сувенир…

Чепуха!

Только Лэрри может знать об этом. Если открыть костюм, качнется война. При управляемом водородном синтезе, таком же обычном сегодня, как электрические генераторы полтора века назад, любая война будет последней. Поэтому костюм отправится на Юпитер, и обреченный рейкарливанский раб полетит вместе с ним, похороненный в мертвом, безмолвном стазисе на века.

Мог ли Лэрри Гринберг жертвовать невинным существом даже во имя такой цели? Для Лэрри-дельфина-тринтанина это не составляло труда.

— Просто раб, — прошептал Кзанол. — Мелкий, глупый, гадкий, в лучшем случае стоимостью в половину коммерческой акции.

"Не мог защитить себя, — подумал Чарли. — У него нет права на жизнь".

Лэрри сделал в уме заметку — никогда не говорить об этом с Джуди, даже под пыткой, — а затем перешел к более приятным мыслям.

"О чем он думает? — заинтересовало Гарнера, но он тут же решил: — Я могу прекратить следить за ним, но я бы отдал душу за способность хотя бы час читать мысли, если, конечно, этот час можно было бы выбирать".

Сборник составлен из произведений трех известнейших американских фантастов — литературных "звезд" первой величины.

— в прошлом журналист, фотограф, телерепортер, диктор на радио; во время Второй мировой войны служил на флоте США. В своих произведениях он подчеркнуто философичен и рационален в самом положительном смысле этого слова, что не мешает ему, тем не менее, широко и умело пользоваться методами афористичности, тонкой иронией. Действие идет, как правило, напряженно, стремительно и предельно плотно. Автор ставит серьезнейшие проблемы, но делает это живо, интригующе — нет отвлеченного философствования, а есть одухотворенный рассказ, есть четкие образы, диалоги персонажей и их поступки. Не исключение и роман "Небесные творцы" — повествование захватывающее, динамичное, пристрастный рассказ о покушении на цивилизацию Земли и ее самозабвенной и смелой защите.

— автор более пятидесяти книг в жанре фантастики. До того как всерьез заняться литературой, он служил в военно-воздушных силах США, затем был сотрудником ведомства иностранных дел — отсюда его точное знание всевозможных виражей дипломатии "директивных" органов, что он довольно успешно использует в своих произведениях. Проза К.Лаумера энергична и напориста, сплошь и рядом в откровенно ироничной манере; сюжетная интрига набирает ход достаточно быстро и увлекательно; события разворачиваются самым неожиданным образом. Публикуемый в сборнике роман "Ниточка памяти" — яркое тому свидетельство.

Обширные познания в самых различных областях (К.Лаумер в университете штата Иллинойс изучал архитектуру, учился в Стокгольмском университете) позволяют этому автору создавать вещи, полные самобытности и новизны.

 — выпускник Калифорнийского технологического института в Пасадене, в Вашбурнском университете (штат Канзас) получил степень бакалавра, затем продолжил образование в Калифорнийском университете в Лос-Анджелесе. Его принято считать представителем так называемой "жесткой научной фантастики". Следует, однако, иметь ввиду, что эта "твердая научность" — на совершенно новом (в отличие от предшественников), оригинальном художественном уровне, очень современна и актуальна. В его сочинениях много причудливой выдумки, гротеска — кажется, воображение автора не знает границ.

Роман "Мир птаввов" — горячее, можно даже сказать, любовное поклонение Земле, страстное беспокойство за ее интересы и предостережение против бессмысленного "научного" открывательства, против бездумного экспериментирования над людьми, средой обитания и самой планетой.

И К.Лаумер, и Л.Найвен, и Ф.Герберт очень часто объединяют свои произведения в серии, где действуют проходные персонажи. Все эти авторы — обладатели самых престижных литературных премий Соединенных Штатов, таких как "Небьюла" (премия Ассоциации писателей-фантастов), "Хьюго" (премия читателей) и других.

На русский язык публикуемые романы переведены впервые.