Читаем Ниночка полностью

На обед Иван потратил не меньше получаса и даже выпил маминого сухого вина. Он бы еще посидел, но глаза слипались.

Забыв о ванной, диссертации и сообщениях по электронной почте, он включил в своей комнате телевизор, решив посмотреть новости, и в минуту под них заснул.

– Умаялся, бедолага. – Татьяна Ивановна налила себе вина, чего никогда не делала в присутствии внука. – Ты точно сухенького не будешь?

– Не-а. – Нина поставила на стол пустую чашку. – Я от алкоголя дурею. Голоса начинаю слышать и к мужчинам приставать.

– Все дуреют. А я не голоса, я музыку слышу, – весело сказала Катерина. – Ой, звоночек. Это мне.

Перегнувшись через стол, она сняла с телефона трубку.

– Алло. Куда? – С испугом посмотрев на мать и Нину, она прикрыла микрофон телефона рукой. – Меня приглашают в оперу.

– Кто? – поразилась Татьяна Ивановна. – Тебя сроду никто туда не приглашал.

– Николай Юрьевич, – разулыбалась Катерина.

– Хороший мужик. – Нина взяла печенье, надкусила. – Не мое, конечно, дело, но он настоящий. Хотя и бедный.

– Да, Коля. Обязательно, Коля. Я запомнила, Коля, – безостановочно говорила в трубку Катерина, не обращая внимания ни на слова Нины, ни на взгляды матери. – Завтра в семь у фонтана, – она отключила телефон и мечтательно сообщила в пространство: – Идем в «Геликон-оперу».

– А фонтан где? – не поняла Татьяна Ивановна.

Нина пожала плечами, плохо разбираясь в географии Москвы.

– Фонтан на Тверском бульваре. – Катерина засветилась от удовольствия и тут же помрачнела. – Я понимаю, что обстоятельства в жизни бывают разными. Не будем ханжами и допустим, что ради своей будущей более удачной судьбы, иногда ради самого ребенка можно подумать о том, чтобы устроить младенца в благоприятные условия, где он не будет голодать или чувствовать себя ущербным…

– О сволочи, бросившей младенца в мусорный бак на долгое умирание, мы разговаривать не будем… – в голосе Нины было отвращение.

– Правильно. Эти две особи противоположного пола – отца я тоже имею в виду – недостойны того, чтобы о них шел хоть какой-то диалог. – Татьяна Ивановна выпила залпом полбокала. – Это не люди, это уроды моральные, психологические, физиологические… и все… мы закрываем тему подонков.

Молчание после слов бабушки длилось минуты две. Затем Нина взяла салфетку и положила в нее пять печений.

– Для Юли, а то сидит голодная, на одном кефире, худеет.

– А ей не помешает, – улыбнулась Татьяна Ивановна.

– Чего ты так рано уходишь, Нина? – Катерина долила себе вина.