Читаем Николай II полностью

Население этих местностей было подданными императора и только через него связано с другими частями империи. Попытка отделения этих территорий от империи по российским законам и международному праву была бы мятежом подданных против законного монарха. Кстати, статья 100 третьей главы Уголовного уложения 1903 г. гласила: «Виновный в насильственном посягательстве на изменение в России или в какой-либо ее части установленных Законами Основными образа правления или порядка наследования Престола или на отторжение от России какой-либо части наказывается: смертной казнью».

И вот отрекся Николай II, а затем Михаил. В Петрограде кучка думцев и каких-то депутатов, которых значительная часть населения страны звала «собачьими депутатами», без совещания с другими губерниями империи и Ставкой верховного командования назначает самозваное правительство. Почему бы в других частях империи не организовать собственные правительства? Петроградских же «временных» не особенно интересовали дела на окраинах. Им любой ценой нужно было удержать власть в столице. Поэтому они сами зажгли зеленый свет сепаратистам.

17 (30) марта 1917 г. Временное правительство опубликовало декларации о своем согласии на создание независимой Польши с включением туда ряда русских губерний. Позже Советской власти будут ставить в укор предоставление независимости Финляндии и Прибалтике. Но тогда согласие у московского правительства было вырвано силой под угрозой немецких штыков и британских дредноутов. В марте же 1917 г. никакой необходимости в предоставлении Польше независимости не было. Все эти губернии были оккупированы германскими войсками, и в случае полной победы Германии Россию никто не стал бы спрашивать о статусе польских территорий. В случае же победы России в войне эта «декларация» серьезно затруднила бы послевоенную внешнюю и внутреннюю политику России.

Декларация о независимости Польши для польского населения оказалась пустым звоном. А сделали ее Некрасов, Керенский и Юлишь по настоятельной просьбе своих «братьев» из французских лож. Кстати, того же требовало и французское правительство, действовавшее неофициально через своего посла.

Зато «декларация» имела широкий резонанс на окраинах России. Почему можно Польше, а нельзя нам? Тем более что сепаратистские движения во многих регионах начались сразу после отречения Михаила и упразднения монархии.

4 марта 1917 г. в Киеве на заседании представителей национальных партий: Украинской партии социал-федералистов с участием Украинской социал-демократической рабочей партии, Украинской партии социалистов-революционеров, обществ и организаций было принято решение о создании собственного правительства — «Центральной Рады».

6—8 апреля 1917 г. в Киеве собрался Украинский национальный конгресс, на который съехалось 900 депутатов. На конгрессе было избрано 150 представителей в Центральную Раду. В апреле началось формирование украинских воинских частей из состава Киевского и Одесского военных округов, а также из войск Юго-Западного фронта. К лету 1917 г. в составе украинских национальных частей насчитывалось около 300 тысяч солдат и офицеров.

10 июля 1917 г. Центральная Рада фактически провозгласила независимость Украины. В «Первом Универсале» Центральной Рады было сказано: «…не порывая отношений с государством Российским, пусть народ украинский на своей земле имеет право сам устраивать свою жизнь».

Через несколько дней было создано и правительство Украины — «Генеральный Секретариат» в составе 8 министров.

В середине июля в Киев для переговоров с Центральной Радой прибыла делегация Временного правительства во главе с Керенским. Александр Федорович, немного поломавшись, отдал в подчинение Центральной Рады пять украинских губерний — Киевскую, Полтавскую, Подольскую, Волынскую и Черниговскую.

Не следует думать, что подавляющее большинство населения всех пяти губерний горячо поддержало правительство Центральной Рады, и Керенский только признал статус-кво. Даже крайний украинский националист Орест Субтельный[98]писал: «Погрязнув в бесплодных дебатах и раздорах, члены Центральной Рады, власть которой фактически уже ограничивалась окрестностями Киева и нескольких крупных городов, утратили связь с селом, а значит, и с массами, связь, достигнутую на короткий срок благодаря различным съездам, проходившим в Киеве. Губернии были предоставлены самим себе».

Украинские национальные части были просто скопищем солдат, не желавших воевать, и они не смогли противостоять даже одной хорошо вооруженной и дисциплинированной дивизии. На Украине царил беспредел даже больший, чем в России. Поэтому позицию Керенского можно объяснить лишь предательством интересов России и боязнью, что в случае каких-либо мер против Центральной Рады в России усилится влияние военных, чего больше всего боялся самозваный премьер.

В Финляндии после отречения царя создалась обстановка, похожая на украинскую. Там фактическая власть принадлежала трем силам: финскому буржуазному сейму, рабочему сейму и русским военным частям, расположенным на юге Финляндии.