Читаем Николай Чудотворец полностью

Ранее широко распространяемая дата кончины святителя — 345 год — не была аргументированна, она также просто публиковалась в церковных календарях. Хотя в англоязычной литературе часто без серьезных ссылок на источники указывается «точная» дата кончины — 6 декабря 343 года (или даже 342 года). Однако итальянский профессор восточного богословия, о. Джерардо Чоффари (Gerardo Gioffari) не так давно аргументированно высказал предположение, что Николай Мирликийский скончался в 334—335-м, а не в 345 году, то есть на 10–11 лет раньше. Главный аргумент — отсутствие упоминания Афанасием Великим святителя Николая в списке епископов, которые боролись с лжеучением Ария с 335 года. Действительно, не упомянуть в это время того, кто был одним из самых ярких противников Ария, было бы странным. И поэтому можно сделать вывод (а его и делает профессор Чоффари), что Николай Мирликийский уже ушел из жизни, то есть скончался либо в 334-м, либо в 335 году (сам Арий скончался в 336 году).

Вот почему исследователи А. В. Бугаевский и архимандрит Владимир (Зорин) в связи с новыми данными о дате кончины предположили изменить и дату рождения святителя Николая. Если жил он более семидесяти лет, то с помощью той же простой арифметики считаем: 335 минус 70–80 равняется 255–265. Похожий диапазон дат рождения дал профессор Луиджи Мартино: «Он родился в Патаре, в Ликии, в Южной Анатолии, предположительно, между 250 и 260 годами от Рождества Христова». Правда, аргументов для этого ученый не привел.

В пользу даты «335 год» можно добавить расчет, связанный с событиями, изложенными в древнем документе «Деяние о стратилатах» (о нем подробно в других главах книги). Там мы узнаем, что епископ Мир Ликийских благословил воинов (стратилатов) и предрек им победу в сражении, что и произошло. Победив, они вернулись поблагодарить святителя. Это была их вторая встреча. Но не последняя. Затем они возвращались к епископу Николаю еще раз, также поблагодарить за другую духовную помощь и свершенное им чудо. А чуть позднее они в четвертый раз отправились к святителю, но уже не застали его живым.

Все три военачальника — реальные исторические личности. После побед двое из них стали консулами Рима. Имя одного — Непотиан (Virius Nepotianus, иногда его называют Вирий Непоциан). Он получил консульский титул в 336 году. Посылал его к святителю из Константинополя сам римский император Константин I. Позже мая 337 года император бы не смог этого сделать — он скончался. Да и если стратилаты застали святителя уже почившим, то они вроде бы могли это сделать не позднее 335 года, когда Непотиан еще не был консулом. Это, возможно, и подтверждает факт того, что святитель жил, скорее всего, до 335 года, когда и скончался.

Итак, мы могли бы принять во внимание мнение антрополога Луиджи Мартино и новую датировку кончины святителя Николая. То есть формула «335 минус 70–80 равно 255–265» похожа на верную. И она удачно подстраивается под другой старый аргумент в пользу неверности даты кончины — 345 год. Ранее происходил такой странный расчет. Часто указываемая дата рождения — 280 год — никак не вписывалась в эту схему. Потому что при чтении Житий святого Николая мы узнаем, что он стал епископом Мир Ликийских еще до Диоклетианова гонения. А гонения эти начались около 303 года (подробнее об этом в дальнейших главах книги). При дате кончины в 345 году ему в момент рукоположения в епископы должно было быть чуть ли не 20–30 лет. Что, как было замечено, маловероятно. То есть по этой версии святитель не только скончался ранее 345 года, но и родился — ранее 280-го.

Однако для этих утверждений можно привести контраргументы. Например, следующие: в Житиях Николай Чудотворец упоминается как весьма молодой человек, когда его рукополагали в священники. Симеон Метафраст в Житии пишет: «и потому, что нрав у него и до того, как он стал стар, был спокойный и рассудительный, его хотят удостоить пресвитерского сана…», «а этот архиерей Мир, удостоенный божественного духа, видя, что душа юноши цветет добродетелями, предрек грядущее преизобилие у него благодати», «когда же упомянутый дядя его — тоже Николай — увидел, что отрок стяжал столь великую добродетель, он поручает ему попечение о храме Божием»…

«До того, как он стал стар», «юноша», «отрок». Разве не ощущается здесь подчеркивание раннего духовного созревания и мудрости не по годам? Поразительно, но в Житиях вряд ли найдется упоминание о возрасте святителя Николая, точнее — о его старости или многолетии. Скорее наоборот — он всегда энергичен, скор на добрые поступки и чудеса, полон заботы и понимания окружающей его паствы.

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Петрович Житнухин , Анатолий Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Марк Исаевич Копшицер , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Аркадий Иванович Кудря , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

Зеленый свет
Зеленый свет

Впервые на русском – одно из главных книжных событий 2020 года, «Зеленый свет» знаменитого Мэттью Макконахи (лауреат «Оскара» за главную мужскую роль в фильме «Далласский клуб покупателей», Раст Коул в сериале «Настоящий детектив», Микки Пирсон в «Джентльменах» Гая Ричи) – отчасти иллюстрированная автобиография, отчасти учебник жизни. Став на рубеже веков звездой романтических комедий, Макконахи решил переломить судьбу и реализоваться как серьезный драматический актер. Он рассказывает о том, чего ему стоило это решение – и другие судьбоносные решения в его жизни: уехать после школы на год в Австралию, сменить юридический факультет на институт кинематографии, три года прожить на колесах, путешествуя от одной съемочной площадки к другой на автотрейлере в компании дворняги по кличке Мисс Хад, и главное – заслужить уважение отца… Итак, слово – автору: «Тридцать пять лет я осмысливал, вспоминал, распознавал, собирал и записывал то, что меня восхищало или помогало мне на жизненном пути. Как быть честным. Как избежать стресса. Как радоваться жизни. Как не обижать людей. Как не обижаться самому. Как быть хорошим. Как добиваться желаемого. Как обрести смысл жизни. Как быть собой».Дополнительно после приобретения книга будет доступна в формате epub.Больше интересных фактов об этой книге читайте в ЛитРес: Журнале

Мэттью Макконахи

Биографии и Мемуары / Публицистика
10 гениев науки
10 гениев науки

С одной стороны, мы старались сделать книгу как можно более биографической, не углубляясь в научные дебри. С другой стороны, биографию ученого трудно представить без описания развития его идей. А значит, и без изложения самих идей не обойтись. В одних случаях, где это представлялось удобным, мы старались переплетать биографические сведения с научными, в других — разделять их, тем не менее пытаясь уделить внимание процессам формирования взглядов ученого. Исключение составляют Пифагор и Аристотель. О них, особенно о Пифагоре, сохранилось не так уж много достоверных биографических сведений, поэтому наш рассказ включает анализ источников информации, изложение взглядов различных специалистов. Возможно, из-за этого текст стал несколько суше, но мы пошли на это в угоду достоверности. Тем не менее мы все же надеемся, что книга в целом не только вызовет ваш интерес (он уже есть, если вы начали читать), но и доставит вам удовольствие.

Александр Владимирович Фомин

Биографии и Мемуары / Документальное
След в океане
След в океане

Имя Александра Городницкого хорошо известно не только любителям поэзии и авторской песни, но и ученым, связанным с океанологией. В своей новой книге, автор рассказывает о детстве и юности, о том, как рождались песни, о научных экспедициях в Арктику и различные районы Мирового океана, о своих друзьях — писателях, поэтах, геологах, ученых.Это не просто мемуары — скорее, философско-лирический взгляд на мир и эпоху, попытка осмыслить недавнее прошлое, рассказать о людях, с которыми сталкивала судьба. А рассказчик Александр Городницкий великолепный, его неожиданный юмор, легкая ирония, умение подмечать детали, тонкое поэтическое восприятие окружающего делают «маленькое чудо»: мы как бы переносимся то на палубу «Крузенштерна», то на поляну Грушинского фестиваля авторской песни, оказываемся в одной компании с Юрием Визбором или Владимиром Высоцким, Натаном Эйдельманом или Давидом Самойловым.Пересказать книгу нельзя — прочитайте ее сами, и перед вами совершенно по-новому откроется человек, чьи песни знакомы с детства.Книга иллюстрирована фотографиями.

Александр Моисеевич Городницкий

Биографии и Мемуары / Документальное
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное