Читаем Никогда Никогда (ЛП) полностью

Питер прищурился, и Джеймс внезапно осознал, что по-прежнему лежит на земле, а это не лучшее положение для переговоров. Он медленно сел, уперевшись локтями в колени, и изо всех сил старался не показать, как ему важен этот разговор. Потерянные мальчики, все как один, отступили назад, и всё, что видел Джеймс, был Питер.

- На самом деле ты не хочешь уходить. Тебе ведь придётся вернуться в Лондон, вырасти. Стать мужчиной.

Питер поёжился.

У Джеймса начали раздуваться ноздри.

- А что такого ужасного в том, Питер, чтобы стать мужчиной?

Эта фраза вызвала общий вздох у Потерянных мальчиков. Джеймс был втайне доволен, что его слова вызвали такую реакцию.

Питер открыл рот, чтобы ответить, но вдруг быстро его закрыл и повернул голову в сторону лагуны.

- Что случилось, Пи...?

Питер резко поднял руку, и Боббл замолчал.

Несмотря на всю серьёзность разговора, Джеймс понял, что ему тоже интересно, что насторожило Питера настолько, что на виске пульсирует жилка. А потом он услышал.

«Тик-так. Тик-так. Тик-так. Тик-так».

- Я говорю, - сказал Джеймс. - Это часы?

Было похоже, что он только что спросил «Это бомба?» или «Это пожирающий души хранитель склепа идет к нам?». Все мальчики испугались и забились в панике.

Джеймс нахмурился.

- Я же сказал «часы», разве нет?

Пэн подскочил к группе мальчишек, ткнул пальцем в сторону лагуны и все сорвались с места, с максимально возможной скоростью устремляясь в лес. Ветер дул в лицо, заставляя жмуриться, и Джеймс бежал, насупившийся и озадаченный, пока украдкой не бросил взгляд в сторону воды. Русалок нигде не было видно, а по поверхности залива скользило огромное нелепое животное пронзительно зелёного цвета. Джеймс о таких слышал, но видел впервые.

Чёрные глаза были прямо над водой, а тень от хвоста и туловища была такой гигантской, что Джеймс решил, что это обман зрения, и чем ближе оно подплывало к берегу, тем громче становилось тиканье часов. Джеймс застыл от ужаса, не понимая взаимосвязи между часами и крокодилом. Но сейчас не это было самым важным. Важнее было взять руки в ноги и убедить себя убраться отсюда подальше.

И всё же он не мог пошевелиться, будто ему снился сон, где он хотел крикнуть, но изо рта не вылетало ни звука, он хотел побежать, но ноги будто были сделаны из песка. Крокодил подползал всё ближе и ближе, пока не упёрся взглядом в Джеймса. Это был холодный, ужасающий взгляд, и в это мгновение ноги Джеймса наконец сорвались с места. Он бросился в лес, стараясь убежать как можно дальше от лагуны.

Спустя долгое-долгое время он догнал остальных мальчишек и рухнул рядом с ними в кучу листьев. Он хрипло, прерывисто дышал, грудная клетка тяжело вздымалась, и Джеймс был уверен, что его лицо было красным, как гигантский помидор.

Питер вскинул брови при виде Джеймса.

- Ты здесь.

Джеймса захлестнула волна адреналина, кровь застучала в висках, и мальчик начал дрожать от внезапного приступа ярости.

- Естественно, я здесь, ты, кретин! Но я едва успел убежать. Этот крокодил охотился именно на меня! Ты не думал за мной вернуться или хотя бы подождать?!

Краем глаза он заметил, как у Чуточки отвалилась челюсть, открывая кривые зубы и подчёркивая двойной подбородок.

- Нет, - жёстко ответил Питер, не оставляя возможности для спора.

Остальные мальчишки уставились вниз, но Питер смотрел ему прямо в глаза. Казалось, он перестал слушать после слова «кретин».

- А что, если бы меня съели? - произнёс Джеймс тихим, угрожающим голосом. Ветер успокоился, и сейчас воздух был таким застоявшимся и тяжёлым, что, казалось, засасывал мальчика.

Питер даже не моргнул.

- Ну, значит, тебя бы съели.

В ответе Питера слышался вызов. Джеймс не был уверен, кому тот его бросал, но тем не менее, вызов прозвучал.

- Я хочу домой, Питер.

Питер выпрямился, уперев кулаки в бока.

- Это и есть дом.

- Не для меня.

Мальчишки напряжённо глядели друг на друга. Джеймс отчаянно желал, чтобы в этот момент он смог нарушить второе правило Питера и хоть немного вырасти. Низкий рост ставил его в невыгодное положение в этом споре, который становился скорее битвой за доминирование, чем за перемещение домой.

-Теперь ты один из Потерянных мальчиков. Для них нет никакого другого дома, кроме Нетландии.

- Перестань это повторять, - низким и угрожающим голосом произнёс Джеймс. Ярость готовилась прорваться сквозь тщательно отстроенную стену самоконтроля.

- Почему я должен перестать это повторять? Это правда: ты - Потерянный мальчик.

- Я не Потерянный мальчик. Я никогда не терялся. И ты знал об этом, когда встретил меня.

Страх душил его, фразы выходили резкими, незаконченными, запутанными. Руки сами сжались в кулаки.

Питер пожал плечами:

- Чепуха. Я беру с собой в Нетландию только Потерянных мальчиков. А значит, ты - он.

-Ты знал, что я тогда не потерялся, и вообще никогда не терялся. Ты говорил, что я могу побыть здесь только на выходных. Ты обещал, что я смогу вернуться домой.

- Ну что ж, - ответил Питер, щёлкнув по стволу дерева, - тогда возвращайся.

Губы Джеймса начали дрожать - но не от сдерживаемых слёз, а от ярости. Каждый мускул был натянут.