Читаем Никита Никуда полностью

- Чо, чадо-юдо, не понял приговора? - спросил тот, что незаметно от педагога, имел пистолет. - Прогоните его, пацаны. И бегом, а то родители по тебе соскучились.

Мальчик пятясь и продолжая плакать покинул поляну, но уйти одному в лес решимости у него не хватало. И лишь когда прочие дети стали бросать в него сучьями, как при игре в городки, он повернулся и убежал.

- Он, наверное, заблудится или волки его съедят, - сказала Машенька.

- Ничего не заблудится, - заверила Ботаника. - Слышали утром стрельбу? Здесь, наверное, рядом пионерский лагерь. Они его приютят. Ах, дети, слышите? Это, наверное, жаворонок или стриж.

- Это Соловьева свистит. Кравчука подманивает.

Девочка, оставшаяся возле пожарного, пыхтя и цепляясь за его мундир, лезла по нему вверх. Майор не препятствовал, только смотрел сверху вниз с кляпом во рту на нее настороженно. Девочка же, взобравшись и дотянувшись, вынула кляп у него изо рта и сползла на землю.

- Сударыня! - тут же возопил Семисотов. Учительница обернулась. - Господа!

- Ну потерпите, вы же военный, - откликнулась сударыня. - Поиграют и отстанут от вас. Брось эту травку, Танечка, она плохая. В конце концов, можно лопатой как-нибудь дров нарубить. Кравчук! Не тычь в него сукой.. сучкой.. суком.. сучком.. Тьфу! - И отвернулась сердито. Видно, серия обмолвок ее раздосадовала.

- Зачем, дура, кляп вынула? - накинулся на девочку мальчик-Кравчук.

- Чтобы мог кричать, - сказал девочка, вынимая из кармашка коробочку, а из коробочки спичку. - Неинтересно, если кричать не будет.

Прекрасное, но грязное дитя, оно чиркнуло о коробок и бросило спичку на сухие иглы. Трын-трава вспыхнула, словно синь-порох. Майор заплясал на месте, насколько позволяло его положение и самолюбие, разбрасывая ногами горящие ветки. Кто-то крикнул от ужаса: Пожар! Семисотов тоже что-то вопил, ближайшие к нему мальчики затоптали огонь.

Девочка пустилась в плач.

- Зачем ты девочку огорчил? - напустилась на Кравчука Ботаника. - Нельзя, дети, курить, это пожароопасно. И не нужно поджигать людей, Танечка. Иди ко мне, я тебе глазки вытру.

Попытка инквизиции над майором хоть и закончилась благополучно, но облегчения ему не принесла. К нему тут же подступили дети постарше.

Только двое - с плеерами - танцевали, обнявшись, каждый под свою музыку и не принимали участия в истязании.

- Ты дотанцуешься, Пахомова, - сказала училка девочке с плеером. - Мальчишки есть мальчишки. Потанцуют и бросят. А ты, Пахомова, потом куковай... то есть, кукуй одна.

- Кто с тобой? Где казна? Сколько оружия? Есть ли вертолеты? - приставали к майору ушлые юноши.

Как на грех воздух зарокотал, завибрировал, и из-за верхушек сосен показался вертолет.

- Ваш?

Вертолет, к майорову счастью, не стал задерживаться, пролетел над поляной.

- Повесить его повыше. Пусть развевается на ветру, - сказал тот, что был с пистолетом, сооружая петлю.

Маринка дернулась.

- Постой, - попридержал ее я. - Может, он действительно знает больше, чем нам говорит.

- Хочешь полковником стать, майор? Получить повышение через повешенье?

- Лучше его использовать в качестве хавчика, - возразил ему его приятель. - Нам еще идти и идти.

- Тащить его с собой? Так ведь и хавчик кормить надо.

- Я умею котлеты... по-киевски... Знаю рецепт... - забормотал майор.

- Вот, дети, Matricaria recutita, - говорила меж тем Ботаника группе собравшихся возле нее в основном девочек. - Ромашка, правда аптечная. Однолетнее растение семейства сложноцветных. Ее белый цветок содержит пестики и тычинки. А также горечь неразделенной любви. Но это только в том случае, если гинецей и андроцей не тяготеют друг к другу. Или один тяготеет, а другой нет. - Она секунду взгрустнула. - Если этой горечью опоить мужчину...

- Что такое любовь? - спросила одна из слушательниц.

- Ах, дети, это такая тяга... Эта тяга, дети, сильней, чем тяга к знаниям. Это такая... Это такое... Соловьева и Кравчук! Прекратите петтинг!

Юноши отвалили от Семисотова посмотреть на петтинг, и таким образом участь майора оказалась отсрочена вновь. Шоу с веревочкой было отложено.

- Шла б ты в этих шортах знаешь куда... - злобно себе под нос произнес Кравчук.

- Когда будем проходить анатомию, мы с вами подробней поговорим, - продолжала, не слыша его, учительница. - Но уже сейчас я могу сказать, что любовь таит в себе много опасностей. Можно, например, заразиться гриппом. А можно сойти с ума. Как Джульетта, - сказала Ботаника, помешивая варево.

- Извините, - подал голос со своего конца поляны Семисотов. - Это вы сами... есть будете?.. Или хотите отравить кого?

- В чем дело, военный?

- Запах зловещий... Грибной ? 7... То, что вы называете шампиньон, на самом деле бледная поганка.