Читаем Незаменимый вор полностью

– Практически мгновенно, – сказала Ольга. – Позже всех прибудут те, кто сейчас еще сидит в бутылках. Но их выпустят сразу, как только ролик будет прокручен в первый раз. Этих мы будем ловить после второго рекламного блока...

– У тебя все предусмотрено, – улыбнулся Христофор.

– Тьфу-тьфу! – отозвалась Ольга со вздохом.

– Тьфу-тьфу, – согласился Гонзо и стал смотреть на экран.

От Бочарика он знал, что конкурс с коньячными призами будет показан только во второй части передачи. Он с нетерпением ждал первого рекламного блока, и все же вздрогнул от неожиданности, увидев на экране лицо Ольги. Раздались звуки заклинаний. Слушая их в который уже раз, Христофор все никак не мог поверить, что это сложное и жутковатое действо укладывается в какие-нибудь тридцать секунд. Казалось, голос княжны много раз переходит от гневного приказа к жалобному зову и снова к приказу, то и дело переплетаясь с отчаянными воплями и какими-то совсем уж нечеловеческими звуками. Он слушал этот голос снова, как в первый раз, совсем забыв об ифритах, и не мог оторваться от экрана, словно заклинания предназначались лично ему. Но долгие тридцать секунд прошли, Ольга исчезла с экрана, охотники за ифритами стремительно повернулись к окну, готовые ко всему на свете, граф поднял аннигилятор...

И ничего не случилось. Не то что ифриты – мухи, и те не влетали в распахнутое окно. Чистое синее небо равнодушно повисло над Москвой – бездонное и пустое. В нем не было даже самолетов и голубей. Шли секунды. На экране телевизора один рекламный ролик сменялся другим. Ифриты не появлялись. Готовые ко всему на свете охотники были явно не готовы к такому повороту сюжета.

– Я ничего не понимаю, – чуть не плача сказала Ольга. – Куда они все подевались?

– А может, они и правда непьющие? – робко предположил Христофор. – Все поголовно...

– Внимание! – прокричал с экрана ведущий актер «Д. С. П. – студии» Сергей Белый. – Все, что вы сейчас увидите, будет происходить на ваших глазах впервые! Впервые в нашей программе мы проводим конкурс среди зрителей! И впервые, после снятия запрета на рекламу спиртных напитков, призами в нашем конкурсе станут вот эти двадцать бутылок коллекционного коньяка «Наполеон»! Коньяк – впервые! – завезен к нам из Параллелья. Он был изготовлен в честь победы великого императора при Ватерлоо и является величайшей редкостью даже в своем пространстве...

– Постойте! – в ужасе вскричала Ольга. – Какие двадцать бутылок?! Ведь их только шесть! Что происходит?!

– Чертовщина какая-то, – пробормотал Гонзо.

– Он что их, по дороге прикупал? – спросил граф, обращаясь к телевизору.

– Но и это еще не все! – надрывался Белый. – Сегодня! Мы! Впервые!!! Представляем вам живой талисман нашей программы – Стешу! Вот она!

На экране возникло шарообразное существо, сплошь покрытое длинной белой шерстью. Оно, вероятно, и в самом деле было живым, потому что непрерывно шевелилось и злобно ворчало.

Неожиданно за спинами охотников раздалась лихорадочная возня. Они вскочили, роняя стулья, но это был не ифрит. Просто нюшок, скрывавшийся под кроватью от горничных и спавший там целыми сутками, неожиданно решил выйти на свет божий. На него зашипели и снова вернулись к телевизору.

– Стеша тоже завезена к нам из Параллелья впервые, – гордо вещал Сергей Белый. – Это самая настоящая самочка самого настоящего... Миражинского нюшка!

Точно молния сверкнула вдруг в головах Ольги и Христофора! Они одновременно повернулись друг к другу, потом одновременно – к нюшку, а после этого, уже совершенно синхронно, плюнули с досады.

– Смотрите-ка! – сказал Джек. – У них тоже нюшок! Ну и дела!

Ольга быстро протянула руку и выключила телевизор.

– Идемте куда-нибудь отсюда, – сказала она больным голосом. – А то я сейчас все здесь разнесу...

На улице граф попытался взять ее под руку, но она вырвалась и посмотрела на него такими злыми глазами, что он сразу отстал.

– Может быть мне кто-нибудь все-таки объяснит, что произошло? – обиделся Джек. – Какого черта? Мы всю неделю мечтали увидеть наши бутылки, а когда увидели...

– Это не наши бутылки, – сказал Христофор.

– Как не наши? А чьи?

– Не знаю. Скорее всего, это настоящий коньяк «Наполеон», привезенный из Параллелья. Мало ли межмирников шныряет туда-сюда? Могли завезти...

– А почему ж мы думали, что это наши бутылки? Почему сразу не усомнились? – продолжал допытываться проницательный граф.

– Потому что нюшок привел нас в Останкино, – терпеливо пояснил Гонзо.

– Точно, привел, – согласился граф и, подумав, как следует, прибавил: – Ну?

– Вот тебе и ну! – огрызнулся Христофор. – Не к бутылкам он нас вел!

– Как, не к бутылкам? – Джек был страшно заинтригован. – А к чему ж тогда?

Христофор тяжело вздохнул.

– Напрягите-ка память граф. Помните, я рассказывал, как вытащил ящик с бутылками со «Старца Елизария»? Наверняка, помните. Даже такой... вельможа, как вы, не мог бы забыть этого занятного рассказа.

– Ну, – кивнул граф. – И что дальше?