Читаем New-Пигмалионъ (СИ) полностью

Красивые, мелированные, в модных джинсиках, выглядывающих из под рабочих форменных халатов с фирменной надписью «Монахов-Монахов» по спине.

Рядом с Агашей в кресле гримерши сидела, страшно подумать, сама Анна Лиске.

Певица из того самого ансамбля.

Анна должна идти в первом блоке.

У нее тоже своя роль, она расскажет, как несколько лет тому назад у нее был роман с одним из богатейших людей Москвы.

— Первый раз? — улыбнувшись и подмигнув Агаше, спросила Лиске.

— Типа того, — сглотнув слюну, ответила Агаша.

— Ничего, привыкнешь, — ободряюще сказала знаменитая артистка, привычно подставляя визажистке свое широко разрекламированное телевидением красивое лицо.

Агаша вышла из гримерки и заглянула в студию.

На трибунах скучали девушки из массовки.

Такие-же, какой была она сама еще полтора месяца тому назад.

Вот они глядят на нее, эти девушки из общежитий, глядят, и думают, какая Агаша счастливая. Она снимается в шоу у самого Монахова.

И не знают, что полтора месяца назад Агаша почитала за счастье, что ее вообще пустили бы сюда в АСБ-1 хоть на самое захудалое шоу в самую безликую массовку.

Вот как судьба может вмиг изменить любую жизнь.

Съемка задерживалась.

Нерадивые секретутки что-то перепутали и Монахову принесли какую-то не ту часть сценария.

Он ворчал, ругался, а потом вообще вышел куда-то из студии.

— Всем просьба не расходиться, — обращаясь к массовке сказала молоденькая но с не по молодому усталым лицом. тонконогая ассистентша.

— А мы можем сходить пока кофе попить, — снова подмигнув, сказала Агаше Анна Лиске.

— Вот ничего себе, — внутренне охнула Агаша, — думала ли она про себя еще месяц назад, что вот так вот запросто сама Лиске предложит ей пойти побаловаться кофейком.

Пить какаву и курить сигаретки пошли не в общий буфет, что на первом этаже справа от проходной, а поднялись на лифте в редакцию.

Секретарша Ирочка любезно открыла им переговорную, обставленную кожаными диванами и креслами ядовито-желтого цвета.

Агаша присела и чуть не утонула.

На стеклянную столешницу все та же Ирочка поставила перед Лиске и Агашей две чашки кофе, пепельницу и блюдце с сахаром и дольками лимона.

Бывшая официантка Агаша оценила сервис.

— Давно на Москве? — сощурившись от сигаретного дыма, спросила Лиске.

— Больше года, — ответила Агаша.

— Молодец, быстро у тебя с карьерой, самому Дюрыгину понравилась, далеко пойдешь.

Агаша не знала что и ответить на такую ободряющую похвалу.

— А где он тебя нашел? — поинтересовалась Лиске.

— В кафе где я работала он сумочку свою забыл, а я его догнала и отдала.

— Ну, значит это Судьба, — сказала Лиске, — значит Ангел твой тебе помог.

В это время на шее у Лиске тихохонько затенькал ее телефончик — маленький такой, не больше медальона.

— Алло! Уже идти? Иду.

Лиске поднялась, одернула задравшуюся и обнажившую ухоженное тело маечку.

— Пойду, зовут, а ты еще можешь посидеть, твой выход минут через сорок, не раньше.

Инсайд про-эпи-логус:

Натаха размечталась. Размечталась, как приедет на новенькой машине, на ярко красной двухдверной Пежо 407 — «купе», приедет сперва на Войковскую к своему ларьку, где как раз будут Тофик с Исмаилом, будут в это время стоять и перетирать свои вонючие мелкие торговые дела на своем тарабарском гортанном наречьи.

Она подъедет, а за ней черный джип-гелентваген с ее телохранителями.

И она скажет телохранителям, — а набейте-ка морды этим хачикам.

И Тофика с Исмаилом станут бить.

И так, и этак, и как Ван-дам бьет своих врагов, и как «Крутой Вокер», и как Джеки-Чанг…

А потом она выйдет из машины — вся тоже в красном платье, с длинными ногами, в красных туфлях на шпильке и поставив ножку на голову Исмаила, спросит того, — ну как? Помнишь, как меня за обсчет и за опоздания наказывал, как заставлял меня тебе и твоему земляку-кунаку сосать? Прямо там в ларьке как я тебе сосала, помнишь?

И ее телохранители бросят эту мразь в ларек, а сам ларек повалят на бок, обольют бензином и подожгут.

Красное пламя, красное платье, красная машина.

Красиво, стильно.

А потом она поедет в кафе на Текстильщиков, где Агаша работает официанткой.

Зайдет в кафе, оглядится, присядет за столик.

Сделает удивленное личико, — ой, Агашка, и не ожидала я тебя здесь встретить!

Все официанткой ишачишь? А я… Да ты видала меня по телевизору. Да, я звезда…

Каждый день теперь снимаюсь, каждый день… А ты все здесь, официанткой ишачишь…

Выпьет стакан колы-лайтс со льдом, оставит Агаше сто долларов чаевых и уедет на своей красной Пежо-купе.

Стильно!

Красная машина, красное платье…