– Кто это, Кларк? – Увидев посетителей, Соня удивилась: – Мэтт?

– Я слишком сильно сжимал его горло, – промолвил Мэтт.

Вокруг стояла мертвая тишина. Ни ветра, ни проезжающих мимо автомобилей, ни прохожих, никого. Только четверо взрослых и, вероятно, один призрак.

– Я мог бы отпустить его, но я очень испугался. Думал, что Стивен с ними. Когда мы упали, уже ничего не понимал. Мог бы обойтись и без этого. Долго и сильно его держал. Теперь понимаю… У меня нет слов, чтобы выразить, как я сожалею.

Кларк Макграт прикусил губу, его лицо побагровело.

– Ты считаешь, что, сказав это, все исправил?

– Нет, – ответил Мэтт. – Я сознаю, уже ничего не исправить. Моя жена беременна. Так что теперь я особенно понимаю вашу боль. Что вы тогда пережили. Но с этим надо покончить. Сейчас, раз и навсегда.

– О чем ты, Мэтт? – спросила Соня Макграт.

Он протянул ей листок бумаги.

– Что это?

– Распечатка телефонных звонков.

В больнице, едва очнувшись, Мэтт попросил Лорен раздобыть для него эти распечатки. Поначалу это было лишь подозрение, не более. Но нечто в плане мести Кимми его насторожило. Вряд ли эта женщина могла придумать и осуществить все сама.

– Телефонные звонки сделаны Максом Дэрроу, проживавшим в Рино, штат Невада, – произнес Мэтт. – На прошлой неделе он звонил вашему мужу восемь раз.

– Не понимаю… – пробормотала Соня и вопросительно взглянула на мужа: – Кларк?

Тот закрыл глаза.

– Макс Дэрроу был офицером полиции, – продолжил Мэтт. – Он выяснил однажды, кем на самом деле является Оливия. Узнал также, что ее муж – бывший заключенный. И решил вступить с вами в контакт. Не знаю, сколько вы ему заплатили, мистер Макграт, но определенный смысл в том имелся. Убивали одним выстрелом сразу двух зайцев. И соблюдали при этом свой интерес. Дэрроу же играл в свою игру. С вами.

– Кларк? – повторила Соня.

– Да ему самое место в тюрьме! – злобно взвизгнул тот. – А не шляться с тобой по музеям и кофе распивать!

– Что ты наделал, Кларк?

Мэтт шагнул вперед:

– Теперь все закончено, мистер Макграт. Я опять собираюсь извиниться перед вами за случившееся. Знаю, вы не примете мои извинения. Понимаю вас. Мне очень жаль, что так вышло со Стивеном. И еще одно. Думаю, вы тоже меня поймете.

Мэтт приблизился на шаг. Теперь мужчины стояли практически вплотную.

– Если снова подберетесь к моей семье, – проговорил Мэтт, – я вас убью.

Он отошел. Оливия задержалась на мгновение. Взглянула на Макграта, потом на Соню, словно намекая, что слова мужа не шутка. Оливия отвернулась, догнала Мэтта, взяла его за руку. И они ушли, чтобы никогда больше сюда не возвращаться.

Глава 63

Машина отъехала от дома Макгратов. Оливия и Мэтт долго молчали. Из приемника доносилась песня в исполнении Дэймиена Райса. Оливия выключила музыку.

– До чего же противно, – пробормотала она.

– Согласен.

– И что теперь? Будем жить, словно ничего не случилось?

Мэтт покачал головой:

– Вряд ли.

– Начнем все сначала?

– Тоже, наверное, не выйдет.

– Тогда… прямо не знаю, что и делать.

Он улыбнулся:

– Кое-что знаешь.

– Что?

– Все у нас будет хорошо.

– На это я не согласна.

– Я тоже.

– Все у нас будет просто супер, вот так! – воскликнула Оливия.

Они подъехали к дому Марши. Она выбежала к ним навстречу, обняла обоих. Примчались Пол и Итон. Кайра стояла в дверях, скрестив руки на груди.

– Бог ты мой, – пробормотала Марша, – что с вами произошло?

– Есть что рассказать. Скоро услышишь.

– А что с ногой?

Мэтт отмахнулся:

– Заживет, как на собаке.

– Бита совсем холодная, дядя Мэтт, – сказал Пол.

– Давненько никто в руки не брал, – подтвердил Итон.

Они подошли к двери, где стояла Кайра. Мэтт помнил, как она помогла ему.

– Спасибо за то, что орала как резаная.

Девушка покраснела:

– Не за что.

Она увела мальчиков на задний двор. Мэтт с Оливией принялись рассказывать. Марша слушала не перебивая. Они сообщили ей все. Ничего не утаили. И похоже, она была благодарна им за это. Когда рассказ был закончен, Марша произнесла:

– Пойду готовить вам завтрак.

– Но тебе вовсе не обязательно…

– Сидите.

Они повиновались. Оливия смотрела куда-то в сторону. И выражение лица у нее было опустошенное.

– Я уже позвонил Сингл, – сказал Мэтт.

– Спасибо.

– Мы найдем твою дочку.

Оливия кивнула, но, казалось, она не верила этому обещанию.

– Хочу сходить на могилу Эммы. Отдать ей последний долг.

– Понимаю.

– До сих пор не верится, что она погибла совсем близко от нас.

– О чем ты?

– То было частью нашего уговора. Мы знали новые имена друг друга. Но никогда не общались. Я полагала, она еще в монастыре, в Орегоне.

Мэтт ощутил странное беспокойство и резко выпрямился в кресле.

– Что? – спросила его Оливия.

– Так ты не знала, что она в школе Святой Маргариты?

– Нет.

– Но она тебе звонила?

– Когда?

– Как сестра Мэри Роуз. Есть распечатка телефонных звонков. Она звонила тебе. Сюда.

Оливия пожала плечами:

– Нет, конечно, она могла выяснить, где я нахожусь. Знала мое новое имя. Вероятно, хотела меня предупредить. Или просто услышать мой голос.

Мэтт покачал головой:

– Шестиминутный разговор.

– Что?

– Разговор длился шесть минут. И звонила она не к нам домой, а сюда, к Марше.

– Не понимаю.

Вдруг раздался голос: