Читаем Невидимая угроза полностью

Но продумать они ничего не успели. В этот момент в замке провернулся ключ. Мориц расправил плечи и встал с кровати.

– Наверное, будет лучше, если сначала я с ним поговорю, – шепнул он Софии.

Теперь, когда он понял, что письма с угрозами никак не связаны с аварией, ему стало легче. София сразу это заметила. К Морицу вернулась былая уверенность.

– Йохен? – позвал он.

С тех пор как Морицу исполнилось лет пятнадцать-шестнадцать, он стал называть родителей не мамой и папой, а по имени – Сабина и Йохен. Софии это не нравилось, хотя она и не могла объяснить почему.

– Нет, это я. – Госпожа Ротэ заглянула в комнату.

– Разве ты не ушла на работу? – удивилась София.

– Я отпросилась. Ваш отец потребовал, чтобы я вернулась домой. – Она оглянулась. – Ну и где он? Еще не приехал?

– Пока нет. А что вы собираетесь делать?

– Он мне не сказал. – Она внимательно посмотрела на детей. – У вас все в порядке?

– Ну да, – хором ответили они.

– Ладно. – Мать вернулась в коридор. – Пойду хлебну чего-нибудь. Меня эта жара с ума сводит.

– Надеюсь, он скоро приедет. Мне интересно, что он нам скажет.

Но господин Ротэ не приехал. Его мобильный был выключен. В клинике работал автоответчик. И когда госпожа Ротэ к вечеру дозвонилась до администратора, та сказала, что господин Ротэ ушел около часа дня.

После этого Сабина обзвонила всех друзей, родственников и знакомых. Никто не говорил с ее мужем. Никто его не видел. Потом она принялась обращаться в больницы. Безрезультатно.

– Звони в полицию, – настаивал Мориц.

– Нет, это уж слишком. – Мать покачала головой. – Наверное, он просто забыл, что договорился со мной. Встретил какого-то приятеля и пошел с ним гулять.

– Не сказав тебе? – возразила София. – И выключив телефон? Мориц прав, мам. Нужно звонить в полицию.

Госпожа Ротэ колебалась, пока София не показала ей третье письмо, которое получили они с братом. Потрясенная, она смотрела на распечатку.

– Ничего не понимаю. При чем тут ваш отец?

Мориц пожал плечами:

– Откуда нам знать? Но, похоже, у кого-то к нему претензии.

– У тебя нет идей, кто мог написать такое? – спросила София.

– Ну, это цитата из Библии… – протянула мать. – По крайней мере, мне так кажется. Но зачем кому-то присылать их вам? Вам?

– У нас мало общего, – напомнил Мориц. – Кроме родителей.

«И Феликса», – подумала София. Но на самом деле это было не так. Феликс имел отношение только к Морицу. С ней он никак не был связан.

– Да, позвоню в полицию, – наконец-то решилась госпожа Ротэ.

Она набрала номер ближайшего отделения и объяснила дежурному полицейскому, что случилось. Две минуты спустя она повесила трубку.

– Сказали, чтобы я ждала до завтрашнего вечера, – объявила она. – Пока не пройдут по меньшей мере сутки, они ничего не будут предпринимать.

– Быть такого не может! – возмутился Мориц. – До тех пор кто знает, что может случиться.

– Возможно, полицейский прав. – Госпожа Ротэ покачала головой. – Я уверена, Йохен придет домой.

Но в ее голосе звучало сомнение, и София поняла, что мать сама не верит в свои слова.

Около полуночи Мориц зашел к Софии в комнату. Она уже лежала в кровати, но он просто включил свет и уселся за стол. В точности как она сделала сегодня днем.

– Эй! – София возмущенно вскинулась на постели.

– Брось, ты тоже уснуть не можешь.

– Что тебе нужно?

– Подумать.

– А я тут при чем?

– Что ты знаешь о Йохене? – спросил брат. – Я имею в виду, о его прошлом.

София почесала в затылке.

– Он родился под Мюнхеном.

Она попыталась вспомнить название деревушки, но не смогла. Пару лет назад во время путешествия в Австрию они проезжали по этой местности. Отец показал им дом, в котором вырос. И свою школу. Но София помнила только огромного черного пса, стоявшего перед ветхим зданием школы. Пес громко лаял.

– В гимназию он ходил уже в Розенгейме. В аттестате нет оценок ниже «отлично». Потом отправился в Гейдельберг, учился на медицинском факультете, – добавил Мориц.

– После университета работал пару лет в роддоме, потом перешел в частную гинекологическую клинику. Переехал в Дюссельдорф. Мама работала администратором в его клинике. Они вскоре поженились…

– Потому что мама забеременела мной, – кивнул Мориц. – А потом?

– Папины родители жили в Дюссельдорфе. Братьев и сестер у него не было.

Ни София, ни Мориц не помнили своих дедушку и бабушку – те умерли через пару лет после рождения Софии.

– У него не осталось друзей с тех времен, – добавил Мориц. – Нет никого, кто помнил бы его еще в песочнице. Или в школе. Или, если уж на то пошло, в университете.

– Негусто, – хмыкнула София.

– Если мы хотим понять, что тут происходит, нам нужно узнать о нем больше.

– Что ты предлагаешь? Попытаться связаться с ним телепатически?

– Я подумал, мы можем прошерстить его кабинет.

– Что?! – опешила София. – Ты хочешь рыться в его вещах? Нельзя же так!

Мориц встал и мрачно посмотрел на сестру.

– Ты еще не поняла, София? Кто-то сыграл с нами злую шутку. И если мы вскоре не выясним, что происходит, то… – Он осекся.

Мориц вышел из комнаты. Вздохнув, София выбралась из-под одеяла и последовала за братом.