Читаем Невидимая угроза полностью

– Вы что, больше не общаетесь? – с тревогой спросила госпожа Бауманн. – Из-за того дурацкого экзамена? Знаешь, Юлия, ты бы написала Валери. Я уверена, что она уже не обижается на тебя. Вообще, я считаю, что она должна быть благодарна тебе за то, что ты ее удержала от поступления на актерское. В банке все же лучше работать, чем в театре. – Госпожа Бауманн лучезарно улыбнулась.

«Это ты мне благодарна, – подумала Юлия. – Потому что ты считаешь, что я потом буду нищей, а Валери деньги лопатой станет грести».

– Правда! – продолжила госпожа Бауманн. – Вот увидишь, она очень обрадуется, если ты ей напишешь.

Юлия пожала плечами.

«Ненавижу тебя, тупая эгоистичная овца!» – сказала ей Валери при последней встрече.

– Может, и напишу, – вежливо ответила Юлия.

– Как бы то ни было, я ей передам, что ты приходила, – пообещала мать Валери. – Мы с ней часто болтаем по Скайпу.

– Непременно передайте, – кивнула Юлия и записала новый электронный адрес Валери, уже зная, что не станет с ней общаться.

И вот теперь она сказала Кристиану:

– Валери в Америке. Она хочет работать в банке. Даже если она все еще сердится на меня, она не могла сюда вломиться. Разве что тайно прошла летные курсы и купила самолет.

Кристиан нахмурился.

– А что у вас случилось? Почему она так на тебя злится? Ты же не виновата, что тебя взяли на актерское, а ее нет.

– Ну… Виновата. Есть и моя вина в том, что Валери не поступила.

– Почему? Ты переспала с ректором?

– Чушь какая. – Юлия прикусила ноготь. – Если я тебе расскажу, ты сразу переедешь в Бонн.

Кристиан рассмеялся.

– Все настолько плохо?

– Я облажалась. Но я этого не планировала. Ты должен мне поверить.

– Да я даже не знаю, о чем идет речь.

Юлия вздохнула.

– Кофе. Давай вначале выпьем кофе. А потом я тебе все расскажу.

Они спустились в полумрак его квартиры. После инцидента Юлия чувствовала себя тут намного увереннее.

Кристиан приготовил два латте.

Они устроились на диване.

– Выкладывай.

Юлия подтянула колени к груди и оперлась на них подбородком. Ей не хотелось говорить об этом. Она об этом вообще ни с кем не говорила. Никто ничего не знал, даже ее друзья. Кроме Валери, конечно.

– Ну же, – подбодрил ее Кристиан. – Вот увидишь: расскажешь – и тебе сразу станет легче.

Юлия вздохнула.

– Валери всегда хотела стать актрисой. Еще с шести-семи лет. Все время об этом болтала. Играла в школьном театре, ходила в театральный кружок, даже участвовала в постановке мюзиклов. Потом играла в любительском театре. У нее отлично получалось. – Юлия отхлебнула кофе и обожгла себе язык. – Ох, как горячо!

– Рассказывай дальше.

– Еще до выпускных в школе она начала подавать заявления в разные театральные училища. Во все города: Мюнхен, Берлин, Штутгарт, Вену. Но больше всего ей хотелось поступить в Гамбург, тут же университет.

Кристиан кивнул.

– Вступительные экзамены проходили в конце апреля, – продолжила Юлия. – И Валери еще в январе начала готовиться. Мне кажется, она зубрила материал к этому дурацкому экзамену больше, чем к выпускным. Зашивалась прямо.

– А ты? Ты долго готовилась? – спросил Кристиан.

– Я занималась вместе с ней. Помогала разучивать роли, повторяла билеты. Мы разучивали сцену с Фаустом и Гретхен. Я до сих пор помню все реплики.

– Ты играла Фауста, – задумчиво повторил Кристиан. – И этой ролью заработала себе место в университете.

Юлия кивнула. Она смотрела в чашку с латте, чтобы не встречаться с Кристианом взглядом. Ее щеки заливала краска. И дело было вовсе не в горячем кофе.

– Валери впала в истерику, – прошептала она. – За день до экзамена она как с катушек слетела. «Я ничего не умею, я не смогу, они меня засмеют». И все в таком духе. Она бы действительно не справилась. Если бы она пришла на экзамен, то просто упала бы в обморок.

– И ты поехала вместо нее.

– Она сама меня попросила съездить в университет. Сказать, что она заболела. – Юлия поморщилась. – Как будто кого-то вообще интересует, почему соискатель не пришел на экзамен. У них девятьсот заявлений и всего восемь мест. Поэтому они радуются, когда кто-то отказывается сдавать экзамен.

– А потом?

– А потом я увидела других соискателей. Как они там сидели, грызли ногти и ждали своей очереди. И я подумала… я подумала: что могут они, то смогу и я.

– Ты подумала, что ты можешь выступить лучше, чем они.

Юлия кивнула.

– Я и выступила лучше. Экзаменаторы сказали, что мой монолог из Шекспира звучал очень своеобразно. И убедительно. И им понравилось, что я играла Фауста, а не Гретхен.

– А та песня, которую ты спела на экзамене… Ты ее тоже репетировала с Валери?

– Нет. Для третьего отборочного тура она выбрала какую-то занудную сценку.

«Да Валери и не прошла бы в третий тур, – подумала Юлия. – Экзаменаторы вышвырнули бы ее после первого же монолога. “Спасибо, достаточно. Подождите за дверью, мы сообщим вам наше решение позже”. Вот что они сказали бы». Юлия не сомневалась, что у Валери не было ни единого шанса. В школьных постановках и в любительском театре она выступала неплохо. Но чтобы тебя взяли в Гамбургский университет музыки и театра, нужно выступать не просто хорошо. А необыкновенно. Как Юлия.