Этот небольшой инцидент произвел сильное впечатление на присутствующих. Когда другой партнер, худощавый брюнет с усиками, потянулся к карману — может быть, за сигаретами, — Компана только укоризненно поцокал языком. Этого оказалось достаточным, чтобы отучить картежника от вредной привычки.

— Ну! — сказал детектив.

Фернандо взглядом указал ему на свой нагрудный карман. Лишних телодвижений он предпочел не делать. Левой рукой Компана извлек оттуда толстую пачку денег.

— Медам, мсье! — раскланялся он в дверях. — Прошу извинить за вторжение!

В ответ никто не шелохнулся, не произнес ни слова — огромная пушка в руках Компаны не располагала к церемониям.

Перен смущенно пожал плечами, как бы извиняясь за некорректное поведение своего спутника, и следом за ним покинул негостеприимный дом.

В машине Компана дал волю своим эмоциям.

— Черт бы вас побрал! — выговаривал он Перену, как мать выговаривает своему великовозрастному неслуху. — Тоже мне сыщик выискался! Вместо того, чтобы искать Арваля, он в публичном доме со шлюхами развлекается. Баба ему, видите ли, понадобилась! В Париже ему баб мало!

Франсуа виновато молчал и ковырял пальцем приборную доску. От глубины раскаяния он даже начал шмыгать носом.

— Да хватит вам сопеть! — сжалился Компана. — Держите.

Он протянул Перену платок.

— Спасибо! — Франсуа утер нос, высморкался и выкинул платок за окно.

— Что вы сделали? — удивился Компана.

— Я? Ничего. Выкинул в окно салфетку.

— Это был мой носовой платок!

— О, Компана, простите! Я чувствую себя таким виноватым. У меня все просто из рук валится!

— Ладно, хватит нюни распускать! — Компана вспомнил, что Кармен все еще в его номере, и решил оставить скользкую тему.

Несколько минут они ехали молча.

— Не расстраивайтесь, Компана. Найдем мы вашего Арваля! — жизнерадостно воскликнул Франсуа, почувствовав, что прощен. — Знать бы, как он сейчас выглядит… Эх, была бы у нас его нормальная фотография! — добавил он мечтательно.

— Да есть у меня его фотография! — Компана достал из кармана и протянул Перену фото, полученное от комиссара.

Франсуа взглянул на изображение и замер. Не может быть! С фотографии ему улыбалось лицо давешнего любителя покурить.

«Нет, так не бывает! Ведь Компана — профессионал. Наверняка, это я ошибся! Это проклятые усы. Усы всегда кого-то напоминают», — мучился Перен, переводя взгляд с фотографии на Компану и обратно.

Наконец, Компана заметил, что что-то неладно.

— Что случилось, Перен? — спросил он, — С вами все в прядке?

— Ничего, — промямлил Франсуа. — Это фото…

Компана всмотрелся в фотографию и выругался.

Вот это прокол! Так дать маху! Ему утерли нос. И кто? Этот сыщик доморощенный, донжуан несчастный!

Утолив первый приступ мазохизма, детектив резко затормозил и развернул машину.

— Господи, Компана, не стоит так переживать! — Франсуа чувствовал себя на седьмом небе от того, что именно он, Франсуа Перен, обнаружил преступника. Он доказал, что не зря ему доверено руководить поисками дочери господина президента. А это маленькое недоразумение вчера вечером — нет, это не оплошность! Это тот случай, который помогает настоящему мастеру своего дела. Бедняга Компана, он так расстроен! Нельзя давать ему раскисать.

— Бога ради, успокойтесь! — продолжал он сыпать соль на раны несчастному Компане. — Ну, ошиблись. С кем не бывает? Не всем же быть физиономистами! Полиция его уже пять лет ищет — найти не может.

Компана только крепче стискивал зубы.

«Понтиак» затормозил у знакомого дома. Детектив подошел к двери и постучал. Щель приоткрылась.

Кажется, Вольтер сказал: «Глупец не тот, кто делает ошибки, а тот, кто их повторяет». Впрочем, возможно, Вольтер этого не говорил. Никогда не читавший Вольтера охранник выглянул в амбразуру.

Дальнейшее напоминало кинофильм, который однажды уже видел — знакомые действующие лица и ситуации, которых ждешь. И впечатление — почти такое же, но все-таки чуть-чуть отличное. Тот же нос, но несколько опухший. Тот же захват за ноздри и лежащий на траве охранник. Тот же крупье, только заклеенный пластырем. Та же компания за карточным столом, но в меньшем составе. Сорванная с петель дверь и Компана с револьвером.

— Чего тебе еще надо? — спросил Фернандо. — Я же все вернул!

Не говоря ни слова, Компана приблизился к игрокам, перегнулся через стол, свободной левой рукой схватил Арваля за воротник, закинул его на плечо и с тем удалился.

— Пока! — бросил он на прощание.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Перен гнал машину весь остаток ночи, увозя Арваля подальше от города, от свидетелей, от полиции, от дружков. На заднем сиденье Компана с оружием в руках оберегал гостя от нежелательных контактов и необдуманных поступков.

Комиссар Куско, конечно, хороший человек. Но он — государственный чиновник и обязан держаться процессуальных норм. И начнется нормальная полицейская рутина. Арваль, естественно, будет все отрицать. Зачем ему признаваться в том, что недоказуемо? Компана отчетливо представлял себе возможный диалог:

— Вы знаете мадемуазель Жюли Мортан?

— Впервые слышу это имя. А кто это?

— А та девушка в аэропорту?