Читаем Невеста ветра полностью

— О-о, ты опять умаляешь свои достоинства! Принцессе показалось, что слух обманывает ее… но император в самом деле рассмеялся. Воистину, он нынче был в очень благодушном настроении. — Я-то знаю, что ты запоминаешь в мельчайших подробностях все, что видишь и слышишь. Ладно. Кажется, я вконец тебя измучил государственными делами… так и быть, пусть Торрэ сам ко мне придет сегодня вечером. — Он чуть помедлил. — Даю тебе неделю отдыха. Выспись, расслабься — можешь даже устроить бал, я разрешаю.

Не найдя, что сказать, Ризель поклонилась.

— Иди. Не буду тебя задерживать.

Принцесса вышла из покоев Капитана-Императора в полной растерянности. Что все это значило? Быть может, он почувствовал себя лучше и в скором времени в Яшмовом дворце опять появится настоящий хозяин?..

Она понятия не имела, радоваться нужно или огорчаться. За годы вынужденного затворничества Аматейна его дочь, без сомнения, узнала немало государственных тайн — в том числе тех, о которых прочие советники Его Величества даже не догадывались, — но все-таки она не строила иллюзий относительно собственной роли в управлении Империей. «Я всего лишь инструмент. Перо, которое изображает на бумаге знаки, повинуется руке; гитара не издаст ни звука, пока ее струн не коснутся пальцы барда. Я воплощаю в жизнь его желания и мечты… но значит ли это, что у меня не может быть собственных?» Аматейн взвалил на нее эту нелегкую ношу лишь потому, что так сложились обстоятельства: ее старший брат сгинул где-то на севере, младший — пал жертвой бешеных пардусов, сбежавших из Садов Иллюзий. Даже если Аматейн все еще способен зачать ребенка, кто-то должен править Империей сейчас.

Да, он ее любит… по-своему. Но есть вещи, которые он любит намного больше. — Фаби, мы идем в сад.

Воробышек невидимой тенью последовала за хозяйкой; Ризель не надо было даже оглядываться, чтобы ощутить присутствие подруги. Что-то странное было в этой неуклюжей девчонке с перепуганным взглядом; Ризель и сама не знала, отчего остановила выбор именно на Фаби, но пока что жалеть об этом не пришлось. Воробышек была скромной, исполнительной и молчаливой — что еще нужно для служанки, пусть даже она гордо именуется «подругой принцессы»? И все-таки Ее Высочество чувствовала: настанет день, когда слабость Фаби обернется силой.

Они спустились по широкой лестнице, чьи перила украшали изображения самых разных животных; морды тварей, хоть отдаленно напоминавших пардусов, были сбиты. Попадавшиеся на их пути придворные низко кланялись, а дамы опускались на холодный мрамор, шурша богатыми одеждами и блистая драгоценностями, — платье Ризель на их фоне выглядело вызывающе просто, равно как и полное отсутствие украшений. Белый — цвет траура; она продолжала скорбеть по младшему брату, хотя его кости давно покоились в земле. Об этом шептались, но принцессе было наплевать.

«Можешь устроить бал», — сказал Аматейн. Ей в самом деле придется так поступить, потому что принцессам положено интересоваться танцами и нарядами, а не государственными тайнами. Если она этого не сделает, Его Величество может призадуматься, и тогда настанет конец всему. Нет, ее жизни ничего не угрожает — все-таки единственная наследница престола! — но свободы она точно лишится.

Холодные коридоры Яшмового дворца остались позади; Ризель и Фаби шли по присыпанной гравием садовой дорожке. Осень безраздельно царствовала здесь — деревья стояли, словно облитые кровью. Много лет назад неподалеку располагался вход в Сады Иллюзий, надежно защищенные от беспощадного времени невидимым щитом, проработавшим очень долго. Но даже самые надежные люди предают, а самые надежные механизмы ломаются, и Ризель хорошо помнила, как и почему Сады уменьшились почти на треть. Впрочем, они были столь огромны, что эту перемену восприняли не очень тяжело.

Та часть садов, что осталась за пределами восстановленного купола, влилась в круговорот времен года и очень быстро пришла в запустение. Садовники Его Величества попросту не знали, как следует ухаживать за деревьями и цветами, чтобы они не погибали зимой, — ведь холода в этих широтах бывали суровыми. Уже через несколько лет на месте изысканного сада возник самый настоящий лес, который с успехом держал оборону от всех попыток его облагородить… а потом Ризель заявила, что берет его под свою опеку.

Вот так и появился возле Яшмового дворца сад принцессы — одичалый, своенравный, свободный. Она почти каждый день гуляла по его заросшим тропам, предаваясь размышлениям, и именно здесь прошлой весной случилось нечто весьма любопытное.

Тот день выдался спокойным и ясным…