Читаем Невеста Полоза полностью

— Да гос-с-с-подин, все готово. Нет, за ней с-с-следят. Ес-с-с-ли она захочет бежать, мы знаем, что делать.

У Вовки зашевелились волосы на затылке. Разговор шел о Варе, и он понял это сразу.

Говорящий, явно был змеей. А раз он был змеей, то и господин был у него Полоз… а значит, это был Велимор.

Все сделанное Вовкой ради угоды Велимору сразу же обожгло его хорошей пощечиной. В голове сразу всплыло обиженное лицо Вари…

Разговор закончился, и странное существо подползло ближе к столу. Вовка затаился и даже боялся дышать. Руки покрылись холодным липким потом, когда Вовка увидел огромный змеиный хвост!

Когда дверь за странным существом закрылась, Вовка еще долго сидел под столом и не мог унять дрожь в коленках…»

Я слушала, широко открыв глаза. Вовка закончил рассказ и замолчал.

— Когда это произошло?

— Примерно с неделю назад…

— Ты знал?! Все это время знал, что я говорила правду, и что это не выдумки?! — вскочила я на ноги, — почему ты молчал? Почему не пришел раньше?!

— А что я мог сказать? — вяло спросил Вовка, — ты меня и видеть не хочешь, не то, что говорить… к тому же я подумал, что просто схожу с ума. Что мне это почудилось… хотя когда я увидел того самого секретаря рядом с Велимором… у человека не может быть желтых змеиных глаз. К тому же человек не может сразу же поменять такие глаза на светло-голубые… Это я видел ясно. Я не псих.

Я тяжело осела на лавочку. Мы оба замолчали.

— Я говорила с Полозом.

— И?

— Если я не приду сама, он убьет бабушку…

Вовка вздохнул.

— Мой дед и бабушка Маня…?

— Его хвоста дело…

Снова молчание.

Вовка взял мою руку в свою, и виновато заглянул в глаза.

— Я, конечно, понимаю, что поздновато, но все же… прости меня Варя. Я не верил тебе. И был дураком, идиотом и…

— Буржуем, — подсказала я.

— И это тоже… — не стал отрицать Вовка.

Я вздохнула. Вовка, когда просил прощения, выглядел хуже любого побитого котенка. Его не простить… да это невозможно было. Особенно когда он просил с такими глазами.

— Ладно… — наконец сказала я. — Забыли. Будем считать это нам урок.

— Так что мы буде делать? — наконец спросил Вовка. — Как спасать тебя будем? Не думаю, что эта змеюка отдаст тебя добровольно.

— Мне надо продержаться до осени… — проговорила я. — Если смогу продержаться, он уйдет ни с чем.

— Но это только на год. Следующей весной он снова вернется, — мрачно сказал Вовка. — Надо придумать что-то более действенное.

— Что? Убить его? Не думаю, что получится.

— А если тебя выдать замуж?

— Опять? — усмехнулась я. — Ты от меня отказался тогда, помнишь?

— А что если еще раз…? — виновато сказал Вовка. — Это единственная польза от меня. И это все что мы пока что можем сделать.

Я задумалась. Вовка был прав. На данное время больше ничего придумать было нельзя. Вовка стал моим единственным союзником и реальным помощником в этой «борьбе» за жизнь…

— Хорошо. Пускай так. Но если он прознает… Вова тебя могут убить. Он не пощадит тебя. И тогда…

— А ты не думай об этом, — усмехнулся Вовка своей фирменной улыбкой. — Я довольна большая добыча, и если Полоз меня проглотит, то будь уверена, я стану ему поперек горла.

— Вовка… — я чуть ли не прослезилась. — Спасибо, что поверил… и не бросил.

— Я наломал немало дров, — кивнул Вовка, — теперь надо все исправить.

— Так, как нам с тобой быть?

— Сегодня вечером придем в церковь, ту, что на окарине у дороги. Я договорюсь с отцом Алексием. Он знал моего деда, он не откажет нам.

— Я не хочу, бабушку одну оставлять… — призналась я. — До вечера я с ней посижу. Когда идти?

— Когда стемнеет, — решил Вовка, — часов в одиннадцать. Все сделаем быстро и покончим с этим.

Я кивнула.

Весь сегодняшний день я провела, как во сне. Практически ничего не ела, прислушивалась к каждому шороху. И каждый звук вызывал страх. Бабушку начало нервировать, что я весь день отираюсь около нее и шагу ступить не даю.

Пришлось немного сбавить обороты и обойтись простым наблюдением. Но еще я волновалась за Вовку. Если полоз прознает, о том, что Вовка помогает мне, то все… был друг детства, и нету. Почему-то сразу померещилась Поля, с синим от удушения горлом. Пришлось изрядно потрудиться, чтобы выгнать этот образ из головы.

Время до назначенного часа тянулось медленно, как патока. Я извелась, глядя на часы и ожидая вечера. Мне не было покоя нигде. О том чтобы хоть немного поспать и речи не было.