Читаем Несветская львица полностью

Ее же собеседница всем своим видом выражала горячее желание поучаствовать и получить вожделенный билет в мир красоты и блеска. Вторая подружка, по имени Оксана, не выражала столь бурных восторгов, она просто слушала то, что говорят девушки.

– А тебе это зачем, Анжела? – полюбопытствовала Вика.

– Как это? – Анжела уставилась на Вику, как на ничего не понимающую в жизни особу. – Это же…

Она повертела в воздухе рукой, пытаясь найти подходящие слова, и наконец завершила фразу:

– Это круто! И потом, это же шанс! Шанс показать себя, засветиться в этом показе, а там, может, и дальше пробьешься… Если, конечно, повезет. Показ устраивает московская фирма, и, если повести себя умело, можно заинтересовать кого-то из функционеров. Глядишь, и в столицу попадешь.

– Вике это неинтересно, – усмехнувшись, вставила Оксана – невысокая, чуть полноватая блондинка с малюсенькой бусинкой пирсинга возле губы. – Она и так скоро в столицу переберется.

– Все равно! – упрямо повторила Анжела. – Никогда не помешает обзавестись дополнительными связями и возможностями.

– Тебе проще соблазнить спонсора показа мод, – улыбнувшись, посоветовала подруге Вика. – Так путь короче будет.

– Так, конечно, проще, – согласилась прагматичная Анжела. – А вдруг он старый? И толстый? Или вообще… Извращенец какой-нибудь! Нет уж, я лучше сделаю ставку на свою внешность! А переспать с кем надо я всегда успею.

– Да, Анжелочка, любой, глядя на твою внешность, потеряет голову! – язвительно заметила блондинка, оглядывая подружку.

Анжела была худой, практически плоской девчонкой, с тщательно замазанными тональными кремом прыщами на лбу и щеках. При этом ее узенькое личико нельзя было назвать некрасивым – довольно миленькая брюнетка, если не брать в расчет чрезмерную худобу. Но и ничего выдающегося в ней также не было.

– А тебе, Ксюшенька, завидно! – скривилась Анжела и показала подружке язык.

– Ладно, хватит вам глупости болтать, – примирительно сказала Вика. – Мы с Женей вообще-то сидим с пустыми тарелками.

Перед Анжелой и Оксаной стояли наполовину опустошенные тарелки с закусками, а также стаканы с каким-то алкогольным коктейлем: это я поняла по характерному не слишком сильному, но заметному оживлению в глазах девчонок.

– Женя, ты что будешь? – обратилась ко мне Вика, которая сразу же по собственной инициативе перешла на «ты» – видимо, это было рассчитано на ее подружек, а также чтобы чувствовать себя в моем обществе, так сказать, на равных. Ведь представила она меня не абы как, а подругой.

Я безразлично махнула рукой, полагаясь на вкус Вики, единственное, о чем не забыв предупредить, – никакого алкоголя.

В «Трое» я бывала очень редко – местная атмосфера не была для меня интересной. И сейчас я приготовилась просто отрабатывать свой заказ, сидя за столиком и слушая глупую болтовню, поскольку двадцатилетние девчонки в принципе не в состоянии говорить что-нибудь другое. Даже Вика, наделенная довольно высоким интеллектом, явно тянулась к своим подружкам, и их компания ее не только не тяготила – ей было интересно с ними. И это тоже естественно.

Буквально через пару минут передо мной появилась тарелочка с фруктовым десертом и креманка с мороженым. Меня порадовало, что сама Вика не стала настаивать на употреблении чего-то спиртного. Она вполне довольствовалась соком.

– Еще бы кофе, и совсем хорошо, – одобрительно посмотрела я на Вику, и та дополнила заказ двумя чашками черного кофе.

– Я сегодня хочу как можно дольше оставаться бодрой, – сообщила она. – Вся неделя была какая-то скучная, так что мне хочется повеселиться.

«Да уж, скучная неделька! – мысленно усмехнулась я. – Вика, похоже, и впрямь не придает особого значения этим «диверсионным» штучкам. Юности свойственно считать, что она бесконечна и что с ней по определению не может случиться ничего неприятного. Ладно, не буду уподобляться старой брюзге Алевтине Робертовне и портить девчонке настроение – пусть развлекается!»

Подружки Вики, поначалу слегка испытывавшие неловкость от моего присутствия, вскоре вполне освоились и продолжали болтать, уже совершенно не стесняясь. Особенно старалась Анжела, которая трещала практически без умолку. А так как в зале довольно громко звучала музыка и многие уже вовсю танцевали, ей приходилось сильно напрягать голосовые связки. Так как Анжела сидела слева от меня и постоянно склонялась к сидевшей справа Вике, вся мощь ее децибел приходилась на мои уши. Голос у Анжелы был довольно тонким и резким, а при усилении походил на визг.

Мужественно терпя экзекуцию над собственными ушами, я попутно скользила глазами по залу, оценивая обстановку. Пока что в поле моего зрения не попало ничего, что могло бы меня насторожить. Вполне обычный вечер, вполне обычный контингент.

Музыка прервалась внезапно, и в повисшей тишине особенно резко прозвучал голос ведущего: