Читаем Несколько простых правил полностью

Мотор бешено взревел и сорвал машину с места. По дороге Павел несколько раз осторожно поворачивал голову в сторону Юлии. Днем, в кабинете у Дормидонтыча, она была в темном классическом костюме, а сейчас ее одежда была более демократичной – коричневый пуловер, короткая кожаная курточка, мягкая юбка песочного цвета. Ничего яркого или вызывающего, но при этом безупречно стильно.

– Подсказывай, куда ехать, – предложила Юля. – И учти, я езжу быстро!

На входе в ресторан их встретила улыбчивая девушка-метрдотель, и сообщила, что почти все столики заняты, но можно поставить дополнительный, только он будет рядом со сценой. Учтивая официантка тут же приняла заказ, а когда дело дошло до винной карты, Павел вежливо отказался.

– Мы за рулем, – пояснил он.

– Это ты так проявляешь солидарность? – хитро прищурившись, спросила Юля и крикнула уходящей официантке: – Девушка, принесите, пожалуйста, бутылку мозельского!

– В таком случае, за руль я тебя не пущу! – строго, словно отец, произнес Павел.

– Хорошо! Сам поведешь.

– И сам не стану. Если хочешь, закажем услугу, чтобы отогнали машину.

– Не стоит, я попрошу своего помощника. – Юлия достала телефон и, не дожидаясь ответа Павла, набрала номер. – «Сереженька, выручай, дорогой! Сможешь отогнать мою машину? Вот умничка! Я тебя поцелую! Записывай адрес…»

«Черт побери! Что такое… “Сереженька”, “умничка”, “поцелую”! – мысленно рассердился Вараксин и тут же одернул сам себя: – Похоже, ревную женщину, с которой провел меньше часа? Бред какой-то!» Он пытался рассуждать, выстраивая логическую цепь. Но возникшие ни с того ни с сего эмоции не поддавались логике.

– Ревнуешь? – словно прочитав его мысли, неожиданно спросила Юлия.

– Не знаю, – простодушно отозвался Павел.

– Сережа – мой ассистент. Нас связывает только работа. Ты не перестаешь меня удивлять. Если так будет продолжаться, боюсь, что ты можешь мне понравиться. – Юля придвинулась ближе к столу и пристально посмотрела на Павла. – Скажи, а почему вы расстались с женой?

Несмотря на прямолинейность вопроса, Юля не производила впечатления охотницы за мужчинами.

– Никогда не думал, что история чужого развода кому-нибудь может быть интересна, – неохотно ответил Павел.

– И все-таки? – настаивала она.

– Мы ошиблись. Приняли чувства за любовь, а оказалось…

– «Мы» – это оба или один из двоих? – не унималась Юлия.

– Ты была бы неотразима в роли, которую сыграл Броневой в «Семнадцати мгновениях весны»! – рассмеялся Павел.

– Отфечай на фопрос! – подыграла ему Юлия.

– Со мною Татьяна получила все то, что ей не нравилось, а особенно – мою работу. Ее мечты были о другом. В конечном счете, она своего добилась: удачно вышла замуж, и теперь у нее есть все, чего я не дал и дать не смог бы.

– А что в твоей работе такого, что ей не нравилось?

Павел внимательно посмотрел на Юлю. Только сейчас он заметил, как глубоки ее большие темно-серые глаза. Павлу казалось, что он проваливается в них, как в бездну. В голове всплыли стихи из юности, и он начал читать по памяти:

Павел замолк. Серьезный взгляд Юлии не отрывался от его лица. Потом она опустила голову и тихо произнесла:

– Это Киплинг. Чудесное стихотворение, оно всегда мне нравилось. Но ты не ответил на вопрос.

– А ты меня сейчас спрашиваешь как режиссер или как женщина? – Павел возвратил Юле ее же антитезу.

– Не знаю, – задумчиво ответила Юлия и опустила глаза.

Официантка принесла вино и брускетты с сыром. Павел сам наполнил бокалы и предложил незатейливый тост:

– За знакомство!

Вино было не слишком крепким, но быстро сняло напряжение, и Павлу стало легче рассказывать.

– Главное, что может ненавидеть близкий человек в моей работе, – это… – Он указал пальцем на себя. – Я выбрал то, что не каждая женщина может принять. Моя работа не позволяет уделять близким должного внимания и времени.

– Она должна была ждать, но ждать не хотела?

– Примерно так. Ей не нравилось зависеть от меня.

– А разве сейчас она не зависит от своего мужа?

– Не знаю. Мы не общаемся. Мне не хотелось, чтобы у тебя сложилось однобокое представление. Я и сам не подарок, поэтому моя семейная история больше исключение, чем правило, – улыбнулся Павел.

Заметив, что Юлия уже осушила свой бокал, он подлил вина ей и себе.

– А почему ты не спрашиваешь, замужем ли я? – слегка игриво спросила Юлия.

– Это обязательно? Так ты замужем?

– Не скажу! – в том же тоне сказала она. – Но ты настаивай на ответе!

– Не буду! – Павел отклонился от стола и зааплодировал музыканту, взявшему последний аккорд песни «Вернись в Сорренто».

– Почему? – удивилась Юлия.

– Спрошу об этом попозже. Договорились?

– Договорились!