Читаем Нерон полностью

Теперь это место занимает Эпафродит. Более влиятельный, чем его предшественник, он собрал несметные богатства, великолепие его садов поражало воображение. Это он, благодаря доносам, раскрыл заговор Пизона. Нерон будет ему очень признателен. Эпиктет представил его высокомерным выскочкой, но весьма раболепным перед более могущественным, чем он. Правда, именно он вдохновил Иосифа Флавия написать бессмертные произведения, в частности «Еврейские древности». В 68 году он предаст императора и сохранит свой пост до 95 года. Домициан сместит его и уничтожит под предлогом совершенного предательства.

Другие вольноотпущенники также отмечали своим влиянием двор и администрацию. Это Галот, который при Клавдии отвечал за качество и безопасность его блюд и напитков. Как интриган он может сравниться только с Тигеллином. К концу правления власть вольноотпущенников была еще более крепкой, чем всегда. Обеспечение игр и [224] развлечений, ранее находившееся в ведении одного всадника, переходит к Патробию, вступившему в должность в 66 году и ставшему довольно могущественным. Другие вольноотпущенники, занимавшие менее значительные должности, действуют, однако, в тени, и им доверяют иногда очень ответственные поручения. Евнух Пелагон, командовавший военным соединением, которому было поручено уничтожить Рубелия Плавта в 62 году, или Клавдий Смирна, который сделает долгую и блестящую карьеру в «семействе Цезарей» и продержится при многих императорах. Он женится на свободной женщине высокого происхождения, один из двух его сыновей — Клавдий Этруск станет всадником. Брат Палланта Антоний Феликс — всадник — управляет в качестве прокуратора Иудеей в 52-60 годах, и Клавдий Афенодор, старый вольноотпущенник греко-восточного происхождения, становится всадником и префектом аннона в 62 году. Это лишний раз доказывает, что Нерон доверял больше вольноотпущенникам греко-восточной ориентации, чем традиционным представителям союза всадников, связанным со старым политическим классом. У Афенодора в качестве помощника был другой вольноотпущенник — Карпин, возможно, в прошлом раб Палланта. Был также Гай Юлий Салий, освобожденный императором Гаем Калигулой, который займет при Клавдии и Нероне прокураторские посты. А мим Парис, о нем уже говорили, был [225] вольноотпущенником Домиция и стал одним из обвинителей Агриппины в 55 году. Парис позволил втянуть себя в заговор против Агриппины, так как был очень ловким в «сценических вымыслах». Противники Агриппины были казнены, но Париса пощадили, потому что он был слишком заметен в окружении приицепса и не мог быть наказан. Только в 66 году император прикажет его уничтожить, вероятно, из ревности к его таланту, а может быть, из соображений возможного участия в заговоре Пизона. Наконец, вспомним доверие, которое питала Агриппина к своему вольноотпущеннику Луцию Агерину. Чтобы прийти ночью к Нерону и сообщить ему, что его мать невредима, нужно было часто посещать, как и большинство вольноотпущенников, родственников приицепса, императорский двор, что совершенно не помешало ему стать впоследствии козлом отпущения.

В 68 году, если некоторые вольноотпущенники без колебаний предали своего принцепса, другие, скомпрометировавшие себя в преступлениях и вымогательствах, останутся ему верны. В конце концов политический класс и толпа потребуют от Гальбы их головы: так, будут уничтожены Гелий, Патробий, Петин, Нарцисс и Пифагор. Они дорого заплатили за то значительное влияние, которое имели, и еще дороже за то, что их социальные условия в прошлом развязали против них такой взрыв ненависти и мести. [226]

Другие действующие лица

Галерея портретов была бы неполной без других действующих лиц, приближенных принцепса, о которых мы уже упоминали: Терпин, знаменитый кифаред и в прошлом учитель музыки Нерона, который оказал большое влияние на своего ученика. Он проводил денежную реформу, по проекту Нерона, и впоследствии не пострадал от этого, его будут уважать и последователи принцепса. Другой кифаред, Менекрат, которого будут чтить современники Нерона. Тиберий Клавдий Спикула — телохранитель императора и гладиатор, отданный Гальбой на растерзание толпе. Спор, любовник императора и верный друг до самой кончины.

Среди знаменитых женщин эпохи Нерона Кальвия Криспинилла, ведущая активный образ жизни, она была отправлена с поручением в Африку в тяжелые времена 68 года. А разве молено забыть зловещую Локусту, эту талантливую отравительницу. Осужденная за свои преступления, она избежит наказания по милости Нерона, который решает воспользоваться ею для убийства Британника. Кстати, идея принадлежала Кливию Руфу. Несмотря на то, что поэт-сатирик Турн публично обвинит ее в уничтожении потомка Цезарей, Локуста разбогатеет и доживет до 68 года.

Перейти на страницу:

Все книги серии След в истории

Мария-Антуанетта
Мария-Антуанетта

Жизнь французских королей, в частности Людовика XVI и его супруги Марии-Антуанетты, достаточно полно и интересно изложена в увлекательнейших романах А. Дюма «Ожерелье королевы», «Графиня де Шарни» и «Шевалье де Мезон-Руж».Но это художественные произведения, и история предстает в них тем самым знаменитым «гвоздем», на который господин А. Дюма-отец вешал свою шляпу.Предлагаемый читателю документальный очерк принадлежит перу Эвелин Левер, французскому специалисту по истории конца XVIII века, и в частности — Революции.Для достоверного изображения реалий французского двора того времени, характеров тех или иных персонажей автор исследовала огромное количество документов — протоколов заседаний Конвента, публикаций из газет, хроник, переписку дипломатическую и личную.Живой образ женщины, вызвавшей неоднозначные суждения у французского народа, аристократов, даже собственного окружения, предстает перед нами под пером Эвелин Левер.

Эвелин Левер

Биографии и Мемуары / Документальное
Йозеф Геббельс — Мефистофель усмехается из прошлого
Йозеф Геббельс — Мефистофель усмехается из прошлого

Прошло более полувека после окончания второй мировой войны, а интерес к ее событиям и действующим лицам не угасает. Прошлое продолжает волновать, и это верный признак того, что усвоены далеко не все уроки, преподанные историей.Представленное здесь описание жизни Йозефа Геббельса, второго по значению (после Гитлера) деятеля нацистского государства, проливает новый свет на известные исторические события и помогает лучше понять смысл поступков современных политиков и методы работы современных средств массовой информации. Многие журналисты и политики, не считающие возможным использование духовного наследия Геббельса, тем не менее высоко ценят его ораторское мастерство и умение манипулировать настроением «толпы», охотно используют его «открытия» и приемы в обращении с массами, описанные в этой книге.

Р. Манвелл , Генрих Френкель , Е. Брамштедте

Биографии и Мемуары / История / Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

Мсье Гурджиев
Мсье Гурджиев

Настоящее иссследование посвящено загадочной личности Г.И.Гурджиева, признанного «учителем жизни» XX века. Его мощную фигуру трудно не заметить на фоне европейской и американской духовной жизни. Влияние его поистине парадоксальных и неожиданных идей сохраняется до наших дней, а споры о том, к какому духовному направлению он принадлежал, не только теоретические: многие духовные школы хотели бы причислить его к своим учителям.Луи Повель, посещавший занятия в одной из «групп» Гурджиева, в своем увлекательном, богато документированном разнообразными источниками исследовании делает попытку раскрыть тайну нашего знаменитого соотечественника, его влияния на духовную жизнь, политику и идеологию.

Луи Повель

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Самосовершенствование / Эзотерика / Документальное