Читаем Непреклонность полностью

— Он всё ещё здесь. А теперь съешь это, как послушная маленькая девочка.

Я повиновалась, позволив ему положить замазку мне в рот. Тотчас же я попыталась выплюнуть её, когда несладкий, едкий привкус наводнил каждый уголок моего рта.

— Нет, не смей, — сказал он, заставив своей рукой меня закрыть рот. — Я знаю, что вкус ужасен, но поверь мне, немного погодя ты поблагодаришь меня.

Свирепо посмотрев на него, у меня не оставалось выбора, кроме как прожевать и проглотить вещество, уверовав, что я никогда не избавлюсь от этого отвратительного привкуса во рту. По истечению нескольких минут, блаженное онемение стало растекаться по пульсирующим мускулам моей спины и руки. Я испустила тихий вздох, когда боль отступила, и у меня появилась способность снова здраво мыслить.

— Лучше? — поинтересовался Крис и я кивнула. — Хорошо. Теперь давай вытащим тебя из этой смертельной ловушки, чтобы мы смогли осмотреть твои раны.

Он обвил меня обеими руками и без каких-либо усилий поднял меня и вытащил из кабины грузовика. Мои ноги задрожали, как только он поставил меня на землю, и я уцепилась за его руку, не выпустив её до тех пор, пока не смогла стоять самостоятельно. Небольшой дождик был охлаждающим бальзамом на мою разгорячённую кожу, и я подняла лицо, позволив воде смыть слёзы и кровь создания с лица.

Крис проверил все царапины на плечевой части руки через дыру в рукаве.

— Всё выглядит не так уж и плохо. Их когти и зубы несут в себе яд, и из-за него порезы ощущаются гораздо хуже, чем они есть на самом деле. Паста-гунна, которую я тебе дал, воспрепятствует проникновению инфекции и ускорит процесс заживления, — он обошёл меня и потянулся к разрыву на моем жакете. — Я собираюсь осмотреть твою спину.

Я была настолько счастлива остаться в живых и не испытывать больше боли, чтобы придти в замешательство от того, что посторонний для меня мужчина заглянет мне под одежду. Я позволила ему аккуратно спустить тонкий жакет с плеч, а затем почувствовала, как он пальцами нежно прощупывает царапины на моей спине. Вонючее вещество, которое он заставил меня съесть, должно быть было довольно-таки мощным средством, потому что я не чувствовала никакой боли, когда он касался моих ран.

— Эти немного глубже, но ничего опасного для жизни нет, — объявил он чуть громче, как будто говорил это кому-то ещё.

Я подняла взгляд и увидела Николаса, неподвижно стоявшего у своего измятого мотоцикла со скрещенными на груди руками и наблюдавшего за нами. Он не казался похожим на тех, кто держится в стороне.

Крис увидел, куда я смотрела, и должно быть прочитал вопрос на моём лице.

— У меня гораздо лучше манеры в вопросе ухода за пострадавшими, чем у моего друга, — объяснил он с кривой улыбкой на губах.

— Он выглядит сердитым. Он рассержен на меня?

— Нет. Он расстроен, что мы появились слишком поздно, чтобы уберечь тебя от получения травм. Он вверг себя в нечто вроде исступления, и ему нужна минутка, дабы успокоиться.

— Исступление?

— Да, это случается когда… — он замолк и опять мельком взглянул на Николаса. — Это тема Мохири. Ты вскоре об этом узнаешь.

— Ох, — и потом меня поразило то, насколько было тихо. Не должны ли были Роланд с Питером уже вернуться? — А где мои друзья?

— Они проверяют территорию, с целью убедиться, что поблизости больше нет крокотт¹¹, — он огляделся по сторонам и присвистнул. — Шесть крокотт. Какая необычно большая стая. Кто-то очень серьёзно настроен тебя найти.

Я задрожала.

— Найти меня?

— Крокотты — выслеживающие охотники. Кто-то отправил их за тобой, вероятно с приказом доставить тебя.

— Они… чуть не убили меня.

Крис помог мне надеть обратно жакет.

— Возбуждение от охоты взяло над ними верх. Хорошо хоть, что они не так хороши в убийстве, как хороши в выслеживании.

Мои зубы начали стучать, когда до меня дошёл смысл его слов. Ранее сказанные слова Николаса всплыли в моей памяти: «У нас есть основание полагать, что вампир, возможно, ищет тебя… Существует множество способов выследить кого-то».

— Мне кажется, меня сейчас стошнит, — простонала я и побежала на другую сторону дороги, где меня начало скверно тошнить.

Через минуту, покачиваясь, я выпрямилась и вытерла рот мокрым рукавом. Я обхватила себя руками, неистово задрожав, когда отвела взгляд от двух Мохири, не желая, чтобы они стали свидетелями моего унижения.

Зашелестела материя и кожаная куртка скользнула мне на плечи.

— Я перепачкаю её всю в крови, — слабо запротестовала я.

Сильные руки развернули меня, когда Николас обернул вокруг меня куртку. Она была чересчур большой, но мягкой и тёплой, и успокаивающе пахла состаренной кожей, мылом и богатым пряным ароматом.

— Думаю, она вынесет немного крови, — грубовато произнёс он, выпустив меня из своих рук.

— Я… спасибо.

— Тебе всё ещё больно?

— Мне гораздо лучше, спасибо.

Укутавшись в тёплую куртку и благодаря отвратительному веществу, которое Крис заставил меня принять, я чувствовала себя в сотни раз лучше, чем десять минут назад.