Читаем Непреклонность полностью

Я склонялась к тому, чтобы не рассказывать Реми о том, что случилось, поскольку знала наверняка, как он на это отреагирует. Я и забыла, что мой друг-тролль обладал чутьём ищейки, и он учуял вампира на мне, как только оказался близ меня всего в нескольких футах. Понимание того, что даже спустя три дня, на мне всё ещё присутствовал запах этого монстра, породило во мне желание спрыгнуть в океан и смыть его с себя.

Но океан не сможет смыть образы из моего сознания или воспоминание о тех холодных когтях, прижатых к моему горлу. Я видела их каждый раз, когда закрывала глаза, и, как минимум, раз за ночь я просыпалась в холодном поту, всё ещё видя огрызающееся лицо Эли и слыша его напутственные слова: «Я заимею тебя!»

В иные разы мне снилось падение, только для того, чтобы быть пойманной тёмноволосым парнем с глазами цвета гранита. Он ни разу не улыбнулся, и его глаза были равнодушными, но в его руках я чувствовала себя в безопасности. Я просыпалась от такого сна, чувствуя себя странным образом опустошённой, но такие сны были несравненно лучше ночных кошмаров.

Самым сложным было утаить всё это от Нейта. Большую часть выходных я оставалась на верхнем этаже, спускаясь лишь для того, чтобы поесть и сделать свою привычную работу по дому. Я чувствовала на себе вопрошающие пристальные взгляды Нейта, пока мы вместе обедали, но, к счастью, он так и не завёл разговор. Несколько раз Роланд присылал мне сообщения, желая узнать, не хотела ли я чем-нибудь заняться, но мне, всего-навсего, хотелось спрятаться в своей комнате и зализать свои раны. Казалось, что животные почувствовали моё страдание и поставили себе цель составлять мне компанию. Кот, которому я дала кличку Оскар, использовал каждую возможность, чтобы свернуться калачиком рядом со мной и мурлыкать, как маленькая моторная лодка. Дейзи оставила Нейта в одиночестве, и провела все выходные, устроив себе ночлег у изножья кровати. Даже импы, на удивление, вели себя смиренно. Обычно я могла услышать их шарканья за стенами, но за последние два дня, они были тихими, за исключением редких писков.

После того, как я провела столь много времени наедине со своими мыслями, я с нетерпением ожидала сегодняшнего возвращения в школу, но обнаружила, что почти невозможно было сосредоточиться на уроках. Школа казалась такой обыденной в сравнении с тем, через что я прошла, и я уже не чувствовала себя тем же человеком, который покинул школу в пятницу. Как возможно вернуться к повседневной жизни, после преодоления нечто такого, что меняет твою жизнь?

— Ты же знаешь, что большой город небезопасен. Лучше оставаться здесь, с дядей.

Реми была ненавистна сама мысль, что я уеду из Нью-Гастингса, но однажды мне придется это сделать, если я когда-нибудь захочу поступить в колледж или посмотреть мир. Или выяснить правду о своём папе.

— Мне придется съездить. Если есть шанс узнать больше о моём отце, я должна им воспользоваться.

Я до сих пор не знала, почему NightWatcher так и не появился в «Аттике», да и к тому же с тех пор его не было в сети. Wulfman сказал, что это было не похоже на его друга, и он посмотрит, что сможет выяснить. Я рассказала Wulfman о том, что два вампира были замечены в «Аттике», чтобы он мог предупредить остальных, но попросила его не ссылаться на меня, как на свой источник. Его пост с этой информацией появился прошлой ночью и вызвал настоящий переполох. О PixieGirl упоминаний не было.

— Знание не вернёт отца назад. Это не сделает тебя менее печальной.

Я подняла гальку и бросила её в волны.

— Мне надо узнать, Реми. Он был всем для меня, — я подняла на него свой взгляд. — Что бы ты сделал, если бы это касалось твоей матери или отца?

Реми перешёл на другую сторону пещеры и сел рядом со мной, его длинные ноги свободно свисали рядом с моими.

— Я пока ещё никого не терял, так что не знаю, что ты чувствуешь, — признался он. — У нас всё иначе. Люди одиноки, а тролли всегда остаются все вместе. Если кого-то убивают, все тролли восстают и находят убийцу. Защищают свою семью.

Мысль о полчище разъярённых троллей заставила меня содрогнуться изнутри. Веская причина, почему все страшились троллей, была налицо. Всё началось ещё пять сотен лет назад. Тролли и вампиры ненавидели друг друга, поскольку тролли добывали серебро, а серебро может убить вампира. Однажды охотничий отряд вампиров внезапно напал на четырёх беззащитных детей-троллей в лесу и устроил резню над ними, но один малыш сбежал. Тролли вышли на кровавую бойню и, без преувеличений, уничтожили всех до единого вампира в радиусе двух сотен миль. С той поры ни один вампир не связывался с троллями.

— Пообещай, что не вернёшься в большой город, — взмолился он.

Я наблюдала за тем, как чайка бросилась в воду и тут же взлетела вверх с извивавшейся в клюве рыбой.

— Ты же знаешь, я не могу пообещать, что никогда отсюда не уеду. Но я даю слово, что некоторое время буду держаться подальше от Портленда. Оборотни сейчас ведут охоту на вампиров, и они сказали, что скоро в городе снова станет безопасно.

Реми кивнул.