Читаем Непреклонность полностью

Рядом с Максвеллом стоял его младший брат Брендан. Оба мужчины были под стать друг другу в росте и имели общие черты, но Брендан был более коренастым, с редеющими волосами и более округлым лицом, что придавало ему менее суровый облик, нежели чем у его брата. Серьёзный, задумчивый взгляд, которым он нас одарил, заставил меня нервничать, и я едва не развернулась и не побежала назад к двери. Я не знала, могла ли я справиться с ещё одним противостоянием сегодня вечером.

Максвелл открыл было рот, чтобы заговорить, но женский голос перебил его. Мать Роланда, Джудит, была высокой и стройной женщиной, но всё-таки на несколько дюймов ниже своего сына. У них были идентичные тёмно-коричневые волосы и голубые глаза, тем не менее, волосы сорокапятилетней Джудит были испещрены сединой. Я никогда не встречала отца Роланда, поскольку он умер, когда Роланд был маленьким, но я всегда считала, что мой друг унаследовал размеры своего отца. Уж точно он не перенял это от своей матери.

— Не сейчас, Макс, — произнесла Джудит голосом, который не терпел никаких возражений. — Дай девочке несколько минут, — она взяла меня за руку и повела к лестнице, бросив наставление через своё плечо. — Роланд, иди, поставь чайник.

Я не привыкла, когда кто-то ухаживает и чрезмерно заботится обо мне, но позволить Джудит взять всё под свой контроль ощущалось в какой-то степени даже приятно. Она, торопясь, привела меня наверх в ванную комнату и сказала мне принять душ, пока она поищет мне какую-нибудь чистую одежду.

После того, как Джудит закрыла за собой дверь, я взглянула на себя в зеркало и ахнула от вида растрёпанной девушки, смотревшей на меня в отражении, со спутанными волосами, заплаканными щеками и грязной разорванной рубашкой, на которой были пятна засохшей крови. Казалось, будто я смотрела на незнакомку.

Я склонила голову набок, чтобы рассмотреть четыре маленьких отметки, оставленные клыками с левой стороны моего горла. Мои пальцы метнулись к горлу, в порыве коснуться отметок, и дрожь прошлась по мне, когда я вспомнила ощущение рук Эли на мне. Меня неожиданно замутило и сильно стошнило в туалет, тогда как горючие слезы покатились вниз по моему лицу.

Я бы свернулась клубком прямо там, на полу, если бы Джудит тихо не постучала в дверь и не взбудоражила меня.

— У тебя всё хорошо, милая?

— Да, — слабо отозвалась я. Я смыла туалет и схватила немного бумаги, чтобы высморкаться: — Я только сейчас захожу в душ.

Я сорвала с себя грязную одежду и оставила её грудой на полу, затем скользнула под блаженно-горячий поток воды. Я простояла там добрых минут пять, позволив воде каскадами стекать по мне, успокаивая мои боль и страдания. Это мало чем помогло с болью в моей душе, но на облегчение этой боли потребуется некоторое время. Вода смыла ещё несколько слезинок до того, как я окончательно выключила душ и вышла из него.

Пара чистых джинсов и мягкий красный свитер лежали на туалетном столике вместе с чашкой горячего чая, который источал аромат ромашки и перечной мяты. Я сделала глоток чая, между тем как вытерлась и оделась. Дочь Брендана, Лидия, уехала учиться в колледж, и я понимала, что, вероятней всего, это были её вещи, поскольку мне пришлось закатать штанины и рукава.

Я высушила полотенцем волосы и расчесала спутанные пряди перед тем, как направилась на нижний этаж, с пустой чашкой в руках. Будучи на нижних ступеньках, я услышала раздражённый голос Максвелла, доносившийся с кухни.

— … не могу поверить, что вы взяли её в клуб, в Портленд, учитывая всё происходящее, — произнёс он возмущенно. — И как вы могли быть настолько беспечными? Где ваша подготовка?

— Но ты сам на этой неделе говорил, что они ушли, — возразил Роланд.

— И мы были в «Аттике» много раз. Никто никогда не связывался с нами, — вмешался в разговор Питер. — Мы посчитали…

— Конечно, никто не связывался с вами! — Максвелл прозвучал ещё злее, если такое было возможно. — Стало быть, вы, два идиота, не только подвергли опасности Сару, но и раскрыли нас людям.

— Но отец, она…

— Я никому о вас не расскажу.

Все разговоры тут же прекратились, как только я вошла в кухню. Джудит сидела за столом с Максвеллом и Бренданом, а Роланд прислонился к холодильнику. Питер стоял у двери чёрного хода, выглядя при этом так, словно хотел иметь путь к быстрому спасению от гнева своего отца. Я подошла к раковине, сполоснула чашку и положила её на подставку для сушки посуды. Затем я собрала в себе все силы и развернулась, чтобы предстать перед всеми собравшимися в комнате, понимая, что все взгляды были обращены на меня.

Джудит выдвинула свободный стул, стоявший рядом с ней.

— Сара, почему бы тебе не присесть, и мы могли бы поговорить. Должно быть, ты сейчас находишься в глубоком замешательстве.

— Я лучше постою, если вы не против.

Меня крайне удивило насколько ровно прозвучал мой голос.

Максвелл прочистил горло, но Джудит положила ладонь на его руку. Она кивнула и одарила его чуткой улыбкой.

— Мы понимаем, что тебе пришлось сегодня многое пережить, так что мы можем поговорить об этом позже, не беспокойся о времени.