Читаем Непреклонность полностью

Скотт зарычал и бросился на меня, как взбешённый бык, но я уклонилась от его атаки, и он проскочил мимо меня. Я услышала, как стоявший позади меня Райан подавил смех, но только вот похоже, это ещё больше разозлило Скотта. Он развернулся и направился в мою сторону, подняв обе руки.

Моя рука двигалась так быстро, что движение показалось размытым, когда мой кулак встретился с носом Скотта, при этом издав вызывающий тошноту хруст. Скотт упал на колени и обеими ладонями накрыл лицо.

— Сука! — завопил он. — Ты сломала мне нос!

Стоя над ним, уперев руки в бедра, я смаковала изысканный триумф, наблюдая за унижением своего оппонента. Я упивалась тем, как легко было сбить спесь с парня, который был больше и сильнее меня. Опьяненная мощью, я со злостью проговорила:

— Тебе повезло, что это единственное, что я сломала, засранец.

— Боже, Сара!

Я ощутила взгляд Райана на себе и присмотрелась к потрясенному выражению его лица, когда он перевёл свой взгляд с меня на своего стонущего друга. На меня словно вылили ушат холодной воды. Ярость сошла на нет, как и необычный жар, который окутывал меня несколько минут назад. «Что я делаю?» — подумала я, когда окружающий меня мир вернулся к обычному состоянию, и я в ужасе всмотрелась в окровавленное лицо Скотта. Его нос абсурдно опух, а синяки под его глазами уже начали проявляться. Я не была ангелом, но никогда не наносила такого рода побои другому человеку. Из-за осознания того, что я сотворила, меня замутило.

— Скотт, я –

— Держись от меня подальше, чёртова психопатка! — проворчал он, вскинув вверх руку и не позволив мне приблизиться к нему. Пока он говорил, капли крови испещрили камни, находившиеся перед ним.

Я отступила назад, испытав угрызения совести, когда он, покачиваясь, поднялся на ноги. «Какого хрена нашло на меня и заставило меня излить всю свою ярость на него? Да, я была взбешена из-за кота, но Скотт, наверняка, продолжил бы своё занятие, если бы я не вмешалась. Я поддевала его, и сознательно вывела его из себя, и первой нанесла удар». Воспоминание о том, как мой кулак соприкасается с его лицом, наполнило меня отвращением. Казалось, будто я была одержима, и если бы Райан не заговорил и не пробудил меня, сложно представить, что я могла бы натворить.

— Мы просто прикалывались. Ты же понимаешь, что мы не стали бы издеваться над котом, так ведь? — спросил Райан, понудив меня поднять взгляд и посмотреть ему прямо в глаза, чтобы увидеть в них правду.

Он отвернулся, чтобы помочь Скотту забраться на насыпь. Как только я осталась одна, я опустилась вниз, села на землю, притянув к себе колени и обхватив их руками. Это был зверь. Я всегда держала его под жёстким контролем, но когда я использовала хоть немного силы для исцеления, я чувствовала, как он пробуждается, вжимаясь в стены, которые заточили его. Сегодня я исчерпала слишком много силы, и в итоге потеряла над ним контроль — и вот что случилось.

Я не дралась с десяти лет и никогда не испытывала желания причинить кому-то боль. Проклятье, раньше я и не двигалась подобным образом. Не удивительно, что Райан смотрел на меня так, словно я была каким-то цирковым чудиком.

Обессиленное мяу вторглось в мои безрадостные мысли, и я подняла голову, чтобы разглядеть тощего маленького кота, севшего рядом со мной. Вблизи он выглядел ещё более жалким, с обрубленным до половины хвостом, с одним разодранным в клочья ухом, и всё его тело покачивалось, создавалось впечатление, что даже малейший порыв ветра мог бы его сдуть.

— Привет, киса.

Я протянула руку, чтобы погладить его по загривку. Он зашипел, но не попытался сбежать, что говорило мне о том, насколько он был болен. Животные тянулись ко мне, особенно больные. Я полагала, что они могли чувствовать мою силу, даже когда она была заперта внутри меня. Несмотря на это, диким животным требовалось немного побуждения, чтобы они смогли преодолеть свою врожденную боязнь людей.

Я вызвала свою силу, чтобы позволить волне умиротворяющего спокойствия захлестнуть его и буквально в течение тридцати секунд он перестал шипеть и прислонился к моей ноге. Как только мои пальцы коснулись его, я послала поток исцеляющей энергии в его болезненное тело и он тут же лёг. Я переместила руку ниже на его спину, ощутив кости, которые были практически только кожей и обтянуты, пока я выискивала его повреждения. У него была чесотка, и его шерсть кишела блохами, но сломанных костей не было. Я избавила его от блох и чесотки, позаботилась о нескольких порезах и царапинах, и свела на нет респираторную инфекцию в его лёгких, прежде чем убрала руку, убедившись, что с ним всё будет хорошо.

— Вот так. Ты хоть всё ещё и вызываешь самое жалкое зрелище, какое я когда-либо видела, но мне кажется, ты выкарабкаешься, — я медленно встала, чувствуя себя слегка истощённой после второго исцеления за день. — Отныне держись подальше от этих злых парней, ты меня слышишь.

Взгляд янтарных глаз кота встретился с моими глазами, и он издал печальный вой.