Читаем Неправильный полностью

Люк останавливается, вынимает из меня пальцы и член, он тянется к тумбочке за салфеткой и вытирает пальцы, не сводя с меня глаз.

— Что такое, Софи?

— Хмм, — я прикусываю губу и задерживаю дыхание. — Сузится ли все обратно?

Люк остается бесстрастным, но приподнимает бровь. То есть, он не понимает, о чем я говорю?

— Сузится ли мое анальное отверстие до обычного размера? — я киваю в сторону его члена. — Ты действительно большой. Смогу ли я, кхм, нормально какать, после этого?

В комнате гробовая тишина. Спустя несколько секунд, показавшихся мне минутами, Люк надрывается от смеха. Он сидит на краю кровати, упираясь локтями в колени и повторяет:

— Боже, Софи.

— Ты мудак! Ты на до мной смеешься? Ты гениальный врач: «Можешь спрашивать меня о чем угодно, Софи. Не стесняйся, Софи», — я все еще стою на коленях, и смотрю на него через плечо. Переворачиваюсь и сажусь задом на кровать, притягивая колени к груди. — Лжец! — вырывается у меня.

— Софи, — предупредительный тон.

— Ты бы предпочел, чтобы я получила ответы у своих подруг? «Хей, девчонки, у Люка член как у осла и он хочет засунуть его мне в задницу. Что меня ожидает?» — я ползу к краю кровати. — Позвоню Дженне, прямо сейчас, придурок, — я начинаю вставать, но Люк обнимает меня и тянет к себе на колени.

— Прости, малышка, — говорит он и прикасается пальцем к кончику моего носа. — Ты права, я просто думал, что твои вопросы будут озвучены до того, как я приближу свой член к твоей заднице.

Я кладу ладонь на его грудь и смотрю ему в лицо. Жду.

Он прочищает горло.

— Твое анальное отверстие будет в порядке. При правильном растяжении и наличии смазки, твой анальный проход не пострадает, и ты продолжишь… — он делает паузу, вспоминая использованное мной слово — какать, как и раньше. Но растяжение и смазка необходимы. Поняла?

Я киваю.

— Хорошо. Теперь мне нужна минутка. Не думаю, что смогу трахнуть тебя прямо сейчас.

Мои глаза расширяются, я бью его ладонью в грудь и сползаю на пол, становлюсь между его колен и беру в руку член. Он по-прежнему твердый, но не совсем. Я сжимаю его рукой.

— У нас анальный секс. Придурок.

Люк ухмыляется:

— Ты, только что, приказала мне трахнуть тебя в задницу?

— Приказала и ты трахнешь.

— Соси меня, — велит Люк.

Я беру в рот головку, он обхватывает мой затылок и проникает глубже. Зарываясь руками мне в волосы, он трахает мой рот, двигает мою голову, регулируя глубину и направляет меня, когда хочет, чтобы я использовала язык и сосала его как леденец.

— В аптечке, есть эластичный бинт. Принеси его.

Я возвращаюсь из ванной с бинтом, и он протягивает руку. Отдаю бинт и задаюсь вопросом, что Люк собирается делать? Прикусываю нижнюю губу, чтобы скрыть усмешку.

— Ты слишком уверена для той, чью задницу скоро трахнут.

Улыбка, угрожавшая растянуть мои губы, растаяла.

Он разматывает бинт и оборачивает его вокруг ладони, натягивая полосу.

— Тебе нужен кляп. Я трахну тебя в попку, со связанными руками и заткнутым ртом, чтобы ты не могла сопротивляться.

Я сглатываю, но не отвечаю и не двигаюсь.

— Но тем хуже для меня, а не для тебя, ведь мне нравится тебя слышать. Мне нравится слушать, как ты хныкаешь, когда я растягиваю твою киску и проникаю в матку, — он проводит пальцем по мочке моего уха, и я прикладываю все усилия, чтобы не растаять от услышанного. — Потому что, после хныканья, ты всегда говоришь: «Еще, Люк, еще», но думаю, что ты сама не знаешь, когда начинаешь это говорить.

Он прав. Я не знала.

— Итак, я не могу заткнуть тебе рот.

— Нет, — подтверждаю я. — Это не весело.

— На кровать, головой на подушку.

Я залезаю на кровать, ложусь на спину и жду. Люк присоединяется ко мне и раздвигает мои бедра так, что он оказывается на коленях между ними. Он поднимает мою правую ногу и накручивает несколько слоев бинта на согнутое колено, затем привязывает второй конец к изголовью. Теперь, моя нога поднята и согнута под углом в девяносто градусов.

Он повторяет процедуру с левым коленом и подкладывает две подушки мне под задницу.

— Держись за изголовье, — наставляет он, и я хватаюсь руками за деревянную планку. — Если отпустишь руки, я остановлюсь до того как ты кончишь. Поняла?

Я киваю. Я лежу на спине, с раскрытыми и поднятыми коленями, поза не сильно отличается от той, в которой я лежала на смотровом столе Люка. Он берет смазку, выдавливает мне на кожу и размазывает кончиком пальца. Смазка холодит мою плоть. От круговых движений его пальца, киска начинает пульсировать. Он проталкивает один палец мне в попку, растягивая стенки.

— Тебе же нравится, чувствовать мой палец у себя в заднице?

— Ты такой грязный, — он сводит меня с ума, своими грязными словечками.

— Ты любишь это.

— Я люблю тебя, — отвечаю я. Люблю смотреть ему в глаза, когда говорю об этом.