Читаем Неправда о любви полностью

– При ней был ключ или что-то вроде ключа?

– Понимаешь, Аслан… – жалким, беспомощным голосом забормотал Бесик. – Когда я узнал, что ее убили, трупа там уже не было… так что, сам понимаешь, осматривать было нечего…

– Отлично! – процедил Аслан. – Значит, ни девки, ни ключа… но ты хоть знаешь, кто нашел труп?

– Мои люди осторожно порасспрашивали кого надо, но ничего не узнали… кажется, этот труп вообще никто не видел…

– Представляю себе, как твои люди расспрашивали свидетелей! Послушай, ты, умник, а вообще – был ли этот труп? Может, она снова всех обвела вокруг пальца, как в прошлый раз?

– Какой еще прошлый раз? – насторожился Бесик.

– Вопросы здесь задаю я! – рявкнул на него Аслан. – Так откуда же ты знаешь, что ее убили?

– От того старого мента, которого я нанял…

– Очень надежный источник! Наверняка девка от вас просто улизнула! В прошлый раз даже труп нашли, а она потом оказалась жива, а в этот раз и трупа никто не видел.

«Я-то видел, – подумал дядя Вася, – правда, только на фотографии… но она точно была мертва, без обмана…»

И тут он понял, какие слова Аслана заставили его насторожиться: «Как она была убита? Чей почерк?»

Он вспомнил фотографии, которые показала ему Василиса, вспомнил жуткую разбитую голову мертвой женщины… и вдруг в памяти всплыло еще одно давнее воспоминание.

Ведь он уже видел мертвеца с такой же ужасающе разбитой головой, как будто в висок человеку ударила чугунная болванка!

Это дело было, кажется, лет восемь назад. Убили торговца наркотиками, по подозрению в убийстве арестовали туповатого немногословного человека, работника мясокомбината…

Дядя Вася неловко подвинулся, задел какую-то щепку. Она соскользнула в отверстие в полу и упала на плечо Аслана. Тот вздрогнул, вскинул голову, бросил на потолок пронзительный взгляд…

Василий Макарович едва успел откатиться в сторону, чтобы бородач не заметил его.

– Крысы!.. – процедил тот презрительно. – Кругом одни крысы…

Василий Макарович тихонько встал, вернулся к двери и выглянул на галерею. Она была пуста, и он торопливо прошел по ней до дальнего конца, где нашел лестницу. Спустившись по ней на первый этаж ангара, выскользнул в открытую дверь.

Он уже почувствовал запах свободы, увидел безлюдный пустырь, ряд бетонных гаражей и широкий проезд между ними, шагнул вперед… и замер на месте.

За дверью стоял мрачный кавказец с небритым лицом, изуродованным кривым шрамом.

– Ты кто? – рявкнул кавказец, схватив дядю Васю за плечо. – Куда идешь? Кто разрешил? – И он приставил к горлу отставного мента длинный, остро отточенный кинжал, наверняка лет двести переходивший в его семье от отца к сыну.

Пятнадцать минут возле окна в коридоре бизнес-центра я провела в бесплодных попытках успокоиться. Ничего не получалось: руки тряслись, сердце прыгало в груди и даже зубы, кажется, стучали. Да уж, детектив из меня получается неважный! Как сказал бы дядя Вася, я совершенно непригодна к оперативной работе.

Ровно в два часа дверь офиса открылась и оттуда выскочила крепенькая, кругленькая, как шарик, девица, разговаривающая по мобильнику. Судя по звонкому приятному голосу, именно она у адвоката Светловой отвечает на телефонные звонки. Девушка бодро проскакала по коридору и скрылась за поворотом, не удостоив меня взглядом.

Я подобралась, насторожилась и сделала равнодушное лицо. Мимо проходили разные люди из близлежащих офисов, поток их ширился, обед – дело святое.

Прошло еще минут десять, и из офиса вышла женщина постарше, она крикнула что-то в глубину комнаты, закрыла дверь и заспешила к лестнице, озабоченно взглянув на часы. Да сколько их там?

Я достала косметичку и начала неторопливо поправлять макияж – прошлась пуховкой по носу и щекам, аккуратно подкрасила губы. Снова дверь офиса открылась, и я в зеркальце увидела, как вышел мужчина в дорогом пальто с воротником из стриженой норки. Проходя мимо, он окинул меня довольно откровенным взглядом, потом достал из кармана сигареты и закурил, при этом на руке его я заметила большой перстень с печаткой. Все ясно: тот самый клиент, с которым беседовала Людмила Николаевна.

Прошло еще некоторое время, я совсем отчаялась. Очевидно, все мои умозаключения не стоят ломаного гроша, и либо растяпа-секретарша ничего не передала Людмиле Николаевне, либо та решила проигнорировать телефонный звонок. Нужно уходить, пока кто-то не заинтересовался моей персоной и не спросил, чего я тут ожидаю.

Я вздохнула и побрела к лестнице, и в это время дверь снова открылась, я определила это по слуху. Усилием воли я сдержалась, чтобы не оглянуться, и продолжала двигаться к лестнице в том же темпе. Кто-то догонял меня тяжелыми решительными шагами.

Вы не поверите, но я ее узнала. Даже со спины. Хотя обогнавшая меня женщина ничем не напоминала простуженную, замотанную платком личность, что выставила меня из квартиры доктора Светлова.