Читаем Непорочность полностью

   На автобусной остановке я долго изучал маршруты мимо проходящих автобусов. Благо они здесь ходили часто, потому что поток студентов, школьников и преподавателей циркулировал почти безостановочно. В один из таких вот набитых из-за час-пика автобусов я и втиснулся.

   Мне не повезло оказаться среди девиц первокурсниц, яростно обсуждавших какую-то рок-группу и споривших на тему какой солист симпатичнее. Группу я не знал, так что видимо она была одной из тех однодневок, что зажигались и гасли как звёзды появлялись ночью и исчезали на рассвете.

   - Ой, смотри какой симпатичный, - тихо прошипела маленькая брюнетка, похожая на пучеглазого эльфа, своей подружке с громким голосом и сумасшедшими рыжими волосами, думая, что я не слышу. Что ж, было бы неплохо, если бы я действительно не слышал.

   - Да тиши ты, дура, мне кажется он нас слышит, - проявила сообразительность рыжая, правда не удосужившись сказать это тихо, теперь о том, что девицы проявили ко мне интерес знал весь автобус.

   - Что за молодёжь, - послышался с дальних сидячих мест сварливый голос престарелой женщины, - Девицы сами вешаются на шею мужчинам, это просто кошмар какой-то...

   - Ну, не соглашусь. Сейчас мужчины пошли такие, что если на шею не будешь вешаться, то и глазом в твою сторону не моргнут, - не согласилась женщина чуть помоложе. Между двумя пожилыми дамами завязался спор, на фоне которого рыжая и эльф пытались придумать, как со мной познакомиться. Я уже пожалел, что решил поехать прямиком в центральный парк, эти девицы наверняка тоже едут туда.

   Но к счастью, я ошибся. Две странные подруги вышли на пару остановок раньше меня, и я почти облегченно вздохнул. Мне бы разобраться в себе, уж точно мне сейчас не до девчонок, голова которых забита только глупыми романтическими бреднями.

   Что касается самого парка, то он был намного крупнее, чем в моём родном городе. Он имел овальную форму и в него можно было войти с любой точки, так как дорожек вымощенных тротуарной плиткой было великое множество. Завидев издалека чёртово колесо, я медленно зашагал в самый центр. Так как был выходной, мимо меня то и дело проходили родители с визжащими от восторга или разочарования детьми, влюблённые парочки, пожилые люди или же одинокие.

   Аттракционов в самом сердце оказалось великое множество. Я до сих пор не мог привыкнуть к такой отличной погоде, а ведь лишь апрель! К колесу тянулась огромная очередь, поэтому я поплёлся к большому мосту, по которому в основном ходили влюблённые. Кажется, Уитни рассказывала мне об этом сооружении. Точно! Именно там ей сделал предложение отец, которого я, можно сказать, едва знал. Я даже не чувствовал тоски, вспоминая его. Я лишь знал, что он был, но каким, я не помнил.

   Бросив эту глупую затею, я решил, что нужно выбираться отсюда и звонить Лэйдеру, не хватало ещё расплакаться от тоски. Но когда я спускался по дорожке ведущей вдоль берега реки, чуть ли не из-под моста ко мне двинулось нечто зелёное. Вначале я подумал, что это был тролль, но присмотревшись, понял, что это старая, довольно-таки неприятной наружности, женщина с кривым носом, маленькими хитрыми глазами и торчащими во все стороны космами. На ней был надет какой-то зелёный балахон, из-за чего она периодически сливалась с растительностью на заднем плане.

   - Погоди, мальчик, - после этой фразы я машинально повернулся назад и огляделся по сторонам, проверяя, ко мне ли обращается старуха. - Да, я говорю это именно тебе, несносный ты мальчишка, - последнее прозвучало чуть ли не ласково, и я непонимающе уставился на старуху.

   - Вам нужна помощь? - предложил я, не зная что и делать. А стоило всего-то просто развернуться и уйти.

   -Скорее не мне, а тебе, Le combattant, - обратилась она ко мне, кажется, на французском. - Дай мне свою руку, - я еле-еле скрывая отвращение, уставился на её сухую ладонь, больше напоминающую руку скелета в кабинете биологии, нежели живого человека.

   - Вы гадалка? - предположил я, складывая руки на груди и рассматривая старуху. Что ж, мне ещё не попадались шарлатаны подобного вида.

   - Давай руку, - упрямо проскрипела она, подходя ближе и заглядывая мне прямо в глаза. Не знаю что произошло, но в голове словно что-то щёлкнуло и я неуклюже протянул ладонь. Сухие пальцы старухи тут же обхватили мои пальцы, крепко сжимая их, она принялась разглядывать мутными глазами, что удивительно, не мою ладонь, а лицо.

   - Не задавай мне вопросов, я скажу тебе то, что считаю нужным, а ты просто уйдёшь и, быть может, забудешь об этом. Но ты меня ещё вспомнишь, поверь, - кряхтела она. - Слушай внимательно. Та часть, что ты чувствуешь потерянной вернётся к тебе быстрее, чем ты думаешь в лице знакомого незнакомца. Но ты может выпустить это из виду, потому что глаза тебе застилает сама тьма, прочно окутывая сетями. Если впустишь в свою жизнь Золотую, то, быть может, будешь счастлив. Но твоя судьба уж очень сложна и я не могу понять, чем закончится всё это, - перед тем как отпустить мою руку, она пошевелила длинным носом и добавила, - Ты запомнишь эти слова. Запомнишь. Alea jacta est [1].