Читаем Непорочность полностью

   После похода в стриптиз-бар меня мучила совесть. Нет, там мне понравилось, и девчонки были красивыми, вот только я всё не мог понять, что за дурацкая невидимая сила не дала мне помочь друзьям в этой заварушке. Перед глазами до сих пор стояла изрядно избитая троица.

   В том переулке, пока Лэйдер вымещал на мне своё недовольство, я невольно задумался о том, что делаю в этой компании. Но ответ был очевиден, этот странный парень с тяжёлым характером и плохой репутацией давал мне ощущение свободы, которого у меня никогда не было. В компании этих троих я пусть и не чувствовал того же, что и в обществе друзей из родного города, но в отместку меня переполнял дикий восторг и адреналин от незнания, что случиться через минуту. Именно поэтому я был с ними.

   Только вот после стриптиз-бара, когда я вошёл в дом и посмотрел на всё ещё не до конца обустроенные стены нового жилища, меня охватило странное чувство пустоты. Мне не хотелось думать о своей развитой форме шизофрении, выражающейся в писклявом девчачьем голосе в голове, указывающим мне что делать. Но я подумал. Чёрт, узнай хоть одна живая душа, что я думаю о несуществующей девчонке из снов и мыслей, меня бы засмеяли до смерти!

   Тихо выругавшись, я прошёл на кухню. Жаль Уитни не пила спиртного, мне бы не помешала рюмка чего-то крепкого. И с чего я раньше так избегал выпивки? Непроизвольно, задумываясь о тех ограничениях, что я испытывал раньше, мои мысли привели к девице с белокурыми кудрями и необычными янтарными глазами.

   Покачав головой, я заглянул в холодильник и, обнаружив апельсиновый сок, стал пить его прямо из пакета. Ничего не скажешь, поведение достойное свободного человека.

   А ещё эта драка, чёрт. Лэйдер был намерен отыскать этих байкеров и хорошенько отомстить. Рейвен и Саран его, как всегда, молчаливо поддерживали. Этот парень вёл всех за собой как неистовый ураган, в нём определённо были лидерские качества, любой рядом с ним терялся и я не исключение. Всё, что он говорил, откладывалось у меня в голове, пусть это даже порой было чушью. Он умел убеждать, именно поэтому я был абсолютно уверен в том, что мне необходимо вкусить эту жизнь сполна, не брезгая и пороками.

   - Томми, это ты? - послышался хриплый женский голос за спиной и я чуть не подавился соком. Жидкость втекла в нос, и, закашлявшись, я взглянул на мать. Что за идиотский день?

   - Да, - коротко кивнул я, не очень-то желая разговаривать. Что нового она мне могла сказать? Я кучу раз слышал как родители читали нотации моим друзьям, а они снова шли и пили, курили, приходили поздно и тому подобное. К чему же все эти нравоучения?

   - Ты так поздно...- Уитни с трудом не морщилась, глядя на меня. Изменения в моей внешности её явно не устраивали. Но так было лучше, свободней. Свобода и все её производные теперь стала моим любимым словом.

   - Тебе-то что? - слова срывались с губ сами собой, хотя я мог промолчать, но где-то внутри начинало зарождаться раздражение.

   - Томас, прекрати так разговаривать со мной, - строго сказала мать, хотя её тон странно сочетался с растрёпанными волосами и заспанным лицом. Я лишь хмыкнув, прошёл мимо, ловя на себе озадаченный и негодующий взгляд. Плевать.

   Мало знакомая комната встретила меня холодным равнодушием. Определённо чего-то не хватает. Я устало потёр виски и сложил одежду. Плохие парни всё же не должны ходить в мятых вещах. Я чуть было не рассмеялся во весь дом, с каких пор я придерживаюсь определений и вешаю ярлыки?

   - Ты неудачник, - сказал я себе, умываясь в ванной. Уитни похоже решила меня не беспокоить, и я, наверное, был бы благодарен, если бы не был так раздражен и не валился с ног от усталости. Ночка выдалась ещё та, но она явно собиралась продолжаться, потому как лёжа в постели я попусту не мог уснуть.

   Бессонница бывает по разным причинам, но моя была уж очень странной...Я чувствовал себя неполноценно. Хм...звучит как диагноз. По сути, я чувствовал практически острую и болезненную нехватку чего-то важного. С виду всё было по-прежнему, но из меня словно вырезали кусок и зарыли его где-то и теперь я чувствую его нехватку.

   Утром это чувство не прошло. Проснулся я около полудня и был удивлён, что Уитни не разбудила меня. Правда потом, спустившись вниз, я понял, что у неё сегодня дополнительные занятия со студентами в университете и можно сказать обрадовался, что не увижу её кислую физиономию прямо с утра.

   Верука за несколько дней успела завести себе друзей, что было экстраординарным для столь странной особы, и теперь, кажется, вообще обещала не появляться дома. Просто замечательно, ещё на один предмет раздражения стало меньше.

   Но это чёртово чувство пустоты не покидало меня, и я не знал чем себя занять, чтобы не думать о нём. Можно было бы заняться чтением очередного детектива, но я практически сразу разгадывал убийцу, будучи любителем этого жанра, отвлечься не получиться. Немного поразмыслив, я попусту решил отправиться в город. Один. Не с Лэйдером и компанией, а с собой и собственными мыслями, в кое-то веки лишёнными девчачьего голоса.