Поскольку несчастный Перкинс мертв, я не вижу смысла выдвигать обвинения против лиц, которые все равно не будут осуждены. Но мне хотелось бы все же, чтобы истина была сохранена на бумаге, раз уж не видно иного способа донести до детей Перкинса, что юстиция оплошала и доброе имя их отца запятнано зря. Единственное его преступление заключалось в том, что он лгал полиции, – поступок глупый и предосудительный, однако понятный, если учесть всю тяжесть обвинений, которые, как он сразу догадался, могли пасть на его голову.

Что я собираюсь делать с этим документом? Я еще не решил. Само собой, в настоящее время его публиковать нельзя, поскольку еще живы виновные в убийстве. Таким образом, я располагаю неограниченным временем, чтобы решить, как им распорядиться.

Эдуард Куртин, Эксетер и Кембридж, январь 1882 г.

ЗАКОЛДОВАННАЯ ПРИНЦЕССА

Давным-давно в далеком королевстве жил юный прекрасный принц; он был не только красив, но вдобавок умен и добр, и все, кто его знал, души в нем не чаяли. Его отец и мать – король и королева той страны – любили принца без памяти, но из трех братьев он был младшим, а значит, трон унаследовать не мог, и приходилось искать себе какое-нибудь другое занятие. Так что однажды он должен был покинуть королевство и пуститься на поиски приключений, и он не мог дождаться этого дня, но притом и грустил, ведь расставаться с теми, кого любишь, несладко. Помня об этом, принц не упускал случая послушать рассказы странников, прибывших недавно из чужеземных краев. А до поры до времени он прилежно учился и во всем вел себя так, как подобает юному принцу. Вместе с наставниками он читал старинные книги, а у старых воинов из свиты отца учился обращаться с мечом, щитом и копьем, как в пешем бою, так и в конном. Но всего чаще он седлал своего жеребца, брал сокола и собаку и отправлялся, заодно со своими братьями и молодыми придворными, в окрестные густые леса на охоту. Жеребца, сокола и собаку подарил принцу его отец, и ничем другим он так не гордился, как этой красивой троицей.