Читаем Непобедимый народ полностью

...Сначала причаливаешь, втыкаешь смоленый нос лодки в вязкую мякоть берега, потом сам ступаешь на землю, делаешь первые шаги по мхам, по пружинящей почве, по хрустящим под сапогами хвощам, идешь мимо гранитных позеленевших глыб, и за спиною остается Озеро, и в тебе оно остается, и чем дальше ты уходишь от Озера, тем больше его в тебе становится - пропахшего рыбой, планктоном, водорослями, холодным солнцем, такою чистотой, что, кажется, в мире нет ничего чище... Потом прошагать через пустошь, через торфяники, вдыхая их кисловатый запах, вдоль сосен, вцепившихся в песчаные бугры клешнями своих корней, и наконец почуять дымки жилья. Пройти мимо прокопченной дочерна баньки, сладко представить себе, что вскоре будешь истязать свое пропитанное сыростью и холодом тело в ее сухом, горячем и целебном пару... И вот ты рухнул на дубовую скамью и уронил отяжелевшие, словно свинцом налитые, руки на сосновую плоть стола, и нежной кажется поверхность досок в сравнении с заскорузлой кожей твоих ладоней.

Ты - в своем Доме. На своей Земле. Рядом со своим Озером. В окна глядит твой первый в жизни, еще дедом твоим посаженный Сад: каждую яблоню в нем ты знаешь и зовешь по имени. Все на свете единственно: Дом, Земля, Озеро, Мать, Отец, Сад... Любовь, Рождение, Смерть. Жизнь!..

Летняя дорога привела меня к "сябрам", на соседствующую с псковской землей Витебщину, в один милый белорусский городок, отмечавший в те дни свое 550-летие. По сему случаю на стадионе городка состоялось немалого масштаба торжество: как водится, выступления, речи, поздравления - и спектакль под открытым небом, повествующий об одном эпизоде из славного прошлого. Действо, надо сказать, было сыграно великолепно, отнюдь не на любительском уровне, артисты твердо держались не только на ногах, но и в седлах на лошадях. Последние требовались по сюжету: из Варшавы от короля Владислава к воеводе этого городка прибывают послы с грамотой, дарующей жителям торговые привилегии и другие блага и милости. (Новые веяния: случись торжество лет десять назад, послы прибыли бы от Петра I либо от Ивана Грозного...) Так вот, после того как воевода поклялся в верности польскому монарху - оркестр грянул... "Славься"! То есть гимн или музыкально-песенную оду, мягко говоря, не соответствующую инсценированному историческому моменту: апофеоз русской имперской власти, славящий вовсе не шляхетного круля, а даже совсем наоборот, как мы помним из "Ивана Сусанина", подразумевающий победу над ним. И - ничего!.. Стадион, вместивший едва ли не все население городка-юбиляра, рукоплескал и артистам, и оркестру, и Глинке, и Жуковскому...

Прочитав это, иной скажет: о святая простота народной глубинки! И это будет верно. Но вернее другое: людям уже нет дела до давней исторической трактовки, заложенной автором в его замысел. Они внимают искусству, его свету и радости... Автор же как таковой со всеми его "воззрениями" здесь не присутствует. В обоих смыслах он - во прахе...

Вообще же, говоря языком бывшего агитпропа, кричащие контрасты меж землями России и Белоруссии возникают сразу же, как только пересекаешь рубеж. Именно меж землями: меж донельзя запущенной, лишившейся хозяйского догляда псковской сельщиной - и обихоженными угодьями вокруг витебских деревень. У нас в глаза бросаются пустоши, брошенные, зарастающие кустарником поля и луга, останки комбайнов и тракторов на них. На Витебщине же сразу после границы - обилие сельхозтехники, но и множество лошадей, и на выпасах, и запряженных. ("Да уж, за водкой, как у вас, на комбайнах не ездим", - позже услышал от белорусов.) И стайки ребятни повсюду - и на речных берегах, и в селах (у нас же теперь почти во всей сельщине дети лишь "летние", привозные, из городов). И главное - за все "судьбоносные" годы ни единого гектара пахотных земель не потеряно, ни одно поле не стало пустошью...

Спрашиваю "голову", "батьку" витебского колхоза"Путь к коммунизму": "Почему не переименовались?" "А на что? - говорит. - можа, кады и дойдем..."