Читаем Неоновые росчерки полностью

В зале, в кресле перед камином сидел Леонид. Полунин задумчиво смотрел в огонь, в правой руке у него тускло переливалась бликами бутылка из мутного стекла — продукт перегонки спиртосодержащей массы из забродившей свеклы и ещё каких — то «секретных» градиентов.

Самогон пожилого друга Леонида, наряду с грибами иного сорта, приносит ему от трети до половины всего его ежемесячного дохода.

И здесь, в глухонькой деревушке, неподалеку от малолюдного Лактинска, старик зарабатывал весьма неплохие деньги, снабжая жителей окрестности и соседних провинций своим товаром.

Полунин услышал шаги Анжелики и отвёл взгляд от костра.

— Не спиться? — усмехнулся он.

Он был в спортивных штанах и майке — одолжил у кого-то из местных мужиков.

— После того, как мы, как от пожара, мчались через всю Москву, а потом из Москвы, сюда… — Корф обвела взглядом бревенчатые стены довольно унылого интерьера зала, — в этот зажопинск?

Леонид усмехнулся и пожав плечами, приложился к бутылке с горячительным напитком.

— А я здесь жил когда-то.

Анжелика с удивлением во взгляде уставилась на мужчину, а тот продолжал мечтательно улыбаться, откинув голову на кресло и глядя в потолок.

— Были ж времена… Помню, с парнями на белок охотились, хотели поймать…

— Зачем? — Анжелика прошла к нему, в зал, и села в соседнее кресло, подобрав ноги — по полу на первом этаже прилично тянуло холодом.

— Хотел ручную белку, — снова дернул плечами Леонид и взглянул на девушку.

Несмотря на то, что бутылка опустела наполовину, взгляд у Полунина оставался на удивление ясным. Сонным, уставшим, но ясным и сфокусированным.

— И чтобы ты с ней делал? — улыбнулась Анжелика.

— Кормил, любил и дрессировал бы, наверное, — с неизменной мечтательностью, но шутливо проговорил Леонид.

Корф фыркнула и громко засмеялась.

— Тихо, ты! — со смешком шикнул на неё Полунин. — Мальчишек перебудишь.

— И правда, — Анжелика с опаской взглянула наверх.

На втором этаже сейчас мирно спали Гена и Лёва (он был против побега из города, но Полунин смог его уговорить).

— Ты хоть немного поспала? — с неожиданной заботой в голосе, спросил Леонид.

Анжелика рассеянно кивнула.

— Вроде бы… А ты?

Полунин замотал головой и снова отпил из бутылки. Анжелика слегка скривилась.

— Тебе не кажется, что не сейчас не стоит налегать на спиртное?

Леонид, в ответ, скривился и качнул головой.

— Это слабоалкогольный сорт того пойла, что изготавливает Пантелееч. Хочешь попробовать?

— Нет, спасибо, — неодобрительно нахмурившись, ответила Корф.

— Зря, напиток не пьянит и при этом помогает не думать о завтрашнем…

— Как будто, если не думать о том, что собираемся сделать завтра, нам будет легче всё провернуть, — фыркнула Анжелика. — Категорически легче не будет, — хохотнул Леонид.

— Тебя это веселит? — возмутилась Анжелика.

— Да, это нервное, — отмахнулся Леонид. — Мне всегда, когда стремно, я начинаю хохотать и веселить, как придурок…

— Пьяный придурок, — поправила Анжелика.

Полунин лишь усмехнулся и снова отпил самопального алкоголя.

Анжелика опустила взгляд, нервно вздохнула и, дрогнувшим голосом, призналась:

— Я не могу не думать об этом…

— О чём? — не понял Леонид.

— О том, что произойдёт если… — Анжелика замолчала, уставилась в огонь и, шумно боязливо сглотнув, договорила, — если у нас не получиться.

Она обхватила себя за плечи и покачала головой.

— Мне страшно, Леонид. И, это прозвучит странно, но из-за вас, из-за того, как беспечно вы втроём реагируете… Я чувствую себя одинокой. И ещё Флейта этот…

— Наркис, в ближайшее время, нас не потревожит, — напомнил Леонид. — А потом… потом нужно просто продержаться. Осталось всего несколько дней, а потом…

— Ждать следующих три попытки? — невесело усмехнулась Анжелика.

На глаза у неё неожиданно навернулись слёзы. Чувство безысходности сдавило горло и грудь, выжимая остатки самообладания и смелости.

— Прятаться, ждать, что однажды Наркис или кто-то другой из «Кузницы» явиться по мою и Генкинку душу?

Она, уже не пыталась сдерживать слёзы и тихую удушающую её истерику.

— Эй, эй, — Леонид торопливо поставил бутылку на пол и быстро присел возле кресла, в котором сидела девушка. — Ты чего это? Анжелика… Брось, ты что…

Он сложил ладони на её левой коленке, а затем правой рукой провёл по плечу. Корф почувствовала, что ей не хватало этого — прикосновений. Успокаивающих и сочувственных прикосновений мужчины.

— Анжелика, — успокаивающим и даже ласковым голосом проговорил Леонид. — Ну, сама подумай. Кому вы с Геной на фиг сдались? Если Мирбах сядет, у него уже вряд ли будет доступ к финансам, а «Кузница», да и другие киллеры, без солидного аванса никого исполнять не будут.

— Ты сам говорил, что у Мариана есть друзья, партнёры… А если они оплатят Зоричу заказ на меня и Гену? И потом…

Она всхлипнула и заплаканными глазами уставилась на Леонида.

— А ты то сам, что будешь делать, если Зорич в очередной раз получит на тебя заказ?

— То же, что и всегда — бежать, — беззаботно ответил Полунин. — Знаешь, я даже привык. Мне кажется без Наркиса будет даже, как-то скучно.

— Ты чёкнутый!.. — выдохнула Анжелика, едва выдавив улыбку.