Читаем Неоновые росчерки полностью

Она смотрела на меня свысока своими хищными, болотного цвета глазами и нехорошо улыбалась. Мартовский ветер слегка поигрывал её темно-медовыми волосами.

— Здравствуйте, Вероника, — у нее был глубокий, немного грудной голос.

— Здравствуйте… — осторожно ответила я. — А мы разве знакомы?

— Нет, — не спуская с меня странного изучающего взгляда, ответила женщина, — но я о вас достаточно наслышана.

— Наслышаны? — с легким волнением переспросила я. — От кого?

Честно говоря, меня настораживали люди, которые знают меня в лицо и говорят, что что-то про меня слышали.

— Про вас и… — она обернулась назад и посмотрела в спину Стасу, который что-то оживленно выяснил у Яши Щербаков, — и подполковника Корнилова по инстанциям и ведомствам уже давно ходит обсуждаемая молва.

Она скривила губы в ухмылке и проговорила, с легкой издевкой.

— Земля русская слухами полниться о вашей парочке. Гениальный сыщик, Станислав Корнилов и… синеглазая светловолосая девчонка с какими-то экстрасенсорными способностями.

— Ваша молва серьезно врет, относительно меня, — проговорила, старясь, чтобы мой голос звучал уверенно.

— О, нет, моя дорогая, — проворковала эта женщина и приблизилась ко мне. — Молва часто может преувеличивать, даже искажать факты до неузнаваемости, но… слухи и молва никогда не возникают на пустом месте.

Она чуть наклонилась и пристально заглянула мне в глаза.

— Так кто же ты такая, девочка с необычными синими глазами? — проговорила она вкрадчиво.

— Что здесь происходит? — за спиной женщины появился Стас. — Кто вы такая?

Женщина оглянулась на Стаса, быстро поправила волосы и выдавила улыбку.

— Я бы предпочла познакомиться с вами при других обстоятельствах, господин подполковник, — он протянула руку в темной перчатке и произнесла, — я Жанна Микадзе, судья…

— Не надо представляться, — мрачно бросил Стас, — я знаю кто вы. Судья из Конституционного суда Российской федерации.

— Приятно слышать, что вы…

— Не думаю, что приятно. — пробурчал Стас, игнорируя протянутую ладонь Жанны, — Насколько я знаю, вы часто потакали Вацлаву Токмакову и прикрывали его от внутренних расследований.

По тому, как дернулись уголки губ и веки Жанны, я поняла, что Стас сказал правду.

— У вас богатое воображение, господин подполковник.

— Воображением это считается, только пока, у меня нет фактов, — кивнул Стас. — Как только появятся…

— Как только появятся, я с удовольствием обсужу с вами все ваши подозрения, а сейчас меня волнует вопрос вашего расследования.

— Вас? — вскинул брови Стас. — С какой стати? Переживаете за Вацлава и…

— Чхать я хотела, на этого придурка, — прохладно заявила Жанна, — но моя неразумная дочь имела глупость выйти за него замуж и даже родить от него сына.

Он прокашлялась и пояснила.

— Ирина Токмакова, в девичестве Микадзе, моя дочь. И я приехала сюда, чтобы выяснить, что вы предпринимаете, для удовлетворения требований людей, угрожающих моей дочери и внуку?

Стас несколько мгновений смотрел ей в глаза, а затем его взгляд скользнул на меня.

И посмотрев в глаза Корнилову, я осознала, что Стас знает об Ирине Токмаковой нечто, что способно повергнуть её мать в ужас.

ПАНКРАТ РЫНДИН

Воскресенье, 22 марта.

Звонок телефона заставил его вздрогнуть и выронить пустую бутылку из-под водки, с которой он уснул в кресле своей грязной и затхлой гостиной.

Бутылка выпала из его руки, когда она вздрогнул и звонко разбилась о изношенный паркет. Старик ругнулся.

Телефон продолжал надрываться из коридора.

— Кому ж там… не терпится… мать вашу… такую!.. — кряхтя Панкрат поднялся из кресла и прошествовал в коридор.

Зевая, старик прошаркал к старому телефону и снял трубку.

— Да? Чего надо? Вы знаете, который час, чтоб вас!..

— Добрый вечер, Панкрат, — произнес глубокий и неестественно басовитый голос в трубке.

Панкрат застыл на месте, чувствуя сжимающуюся на его горле длань захлестывающего страха.

— Вы… — выдохнув, просипел он.

— Я, — ответил голос. — У меня новое задание, Панкрат.

— Хватит уже ваших заданий! — негодующе, дрожащим голосом произнес старик. — Пожалейте вы их… Сколько можно! Они же…

— Они дали мне слово, Панкрат, — бесстрастно напомнил голос в трубке. — И вы тоже.

— Я…

— Найдена новая цель. Некто, Михей Малаховский.

— Но…

— Трёхглавый вновь должен проснуться, Панкрат.

— Но, послушайте… — молящим голосом прохрипел старик.

— Трёхглавому, — пророкотал голос в трубке, — пора на охоту, Панкрат.

Следом за этим в трубке послышались короткие частые гудки.

Панкрат выронил трубку, облокотился плечом на стену и сполз по ней вниз.

— Да чтоб ты… сдох, падла!.. — прошипел он в полутьму своей квартиры.

МАРИАН МИРБАХ

Воскресенье, 22 марта.

Мариан вздохнул и отложил мобильник в сторону. Покачав головой он достал из портсигара дорогую элитарную сигару кубинского производства и закурил.

Разговор с человеком, с которым он только что общался, раздражал его всё чаще и чаще.

Выдохнув кольцо табачного дыма, Мариан подумал, что после этого дела с ним нужно покончить. Может быть не физически, но пора его… удалить от всех дел.

МИХЕЙ МАЛАХОВСКИЙ

Воскресенье, 22 марта.