Читаем Неназываемый полностью

Город Сетеная был раем, но Ксорве не смогла полюбить его так, как он. Она не чувствовала себя здесь как дома – не то что в улочках Серого Крюка. С другой стороны, в Сером Крюке она была никому не известным ребенком и могла бродить по городу в свое удовольствие. Здесь, в Тлаантоте, она была человеком Сетеная, и ее знали в лицо.

Когда они вернулись во дворец, Сетенай сидел в тронном зале. Ксорве услышала из коридора, как он с кем-то разговаривает. Слов было не разобрать, но судя по интонации, он был слегка удивлен и раздражен, и раздражение нарастало тем сильнее, чем настойчивее становился его собеседник.

– Идем, – пробормотала она Шутмили. – Обойдем с другой стороны.

Такое поведение казалось ей самой постыдным и глупым, но она не хотела тревожить Сетеная, когда он в таком настроении. Если им повезет, он вообще не вспомнит, что они с Талом привели с собой гостью. Поразмыслив прошлой ночью, она решила, что ни в коем случае не стоит просить Сетеная о помощи. Он может догадаться, что произошло, что это из-за Шутмили Ксорве не смогла забрать Реликварий, и это снова пробудит в нем злость и разочарование. Да и Шутмили не стоит знать, чем Ксорве пожертвовала ради нее. Им ни к чему такие обязательства. Лучше всего тихонько увести Шутмили отсюда, пока никто не спохватился.

Они тихонько поднимались по черной лестнице, и тут из тронного зала раздался отчетливый голос:

– Белтандрос, ты испытываешь мое терпение. Я понимаю, что это неожиданно. Но у меня есть основания подозревать, что моя племянница вернулась в город с твоими агентами, а учитывая наше длительное знакомство…

Собеседницей Сетеная была женщина, и говорила она по-карсажийски спокойным и ровным голосом, которым явно привыкла отдавать приказы.

Шутмили вздрогнула.

– Это моя тетя, Жиури, – сказала она, едва шевеля губами. – Она Верховный инквизитор. Кажется, она прилетела за мной. – Ее лицо снова застыло.

Хорошая новость. Ксорве чувствовала себя так, будто их поймали с поличным во время кражи из кухни, но она сама виновата – нечего было играть в эти детские игры.

– Я ничего об этом не слышал от моих, как ты выражаешься, «агентов», – ответил Сетенай. То ли он действительно забыл, то ли не хотел помогать. И то, и другое могло быть правдой.

– Что нам делать? – спросила Ксорве. Ответ был очевиден, но ей не хотелось, чтобы Шутмили так скоро уехала.

– Думаю, не стоит держать их в неведении, – ответила Шутмили, направляясь к двери.

– У канцлера личная встреча, – заявил слуга у входа в зал.

Не обращая на него внимания, Ксорве толкнула двойные двери.

– Ксорве, что это зна… – начал Сетенай, донельзя удивленный. В кои-то веки он сидел на троне – видимо, хотел произвести впечатление на гостью, пусть даже она была его старой знакомой.

Гостья – тетя Шутмили – оказалась карсажийкой средних лет, одетой в темную мантию. Она выглядела так, будто ее фигуру аккуратно вырезали ножницами. Волосы цвета отполированного металла были заплетены в косу, собранную на затылке.

– Шутмили?

– Доброе утро, Верховный инквизитор, – сказала Шутмили, выходя из-за спины Ксорве. Она приблизилась к гостье, держась с уверенностью, какая Ксорве и не снилась.

Сетенай опустился на трон, не сводя с Ксорве пронзительного взгляда. Его уши свернулись почти параллельно земле, выдавая раздражение, а во взгляде читалось: Надеюсь, у тебя найдется достойное оправдание.

Последовал поспешный пересказ событий. По версии Шутмили, Ксорве спасла ее из мира Предтеч и искала способ вернуть ее домой. До Ксорве не сразу дошло, что это, в общем-то, правда.

– Ясно, – сказала инквизитор. – Рада, что ты не пострадала.

– Я понимаю, что могла поддаться скверне, – заметила Шутмили. – Как только мы вернемся, я сделаю все, что требуется для очищения. Но, Инквизитор, клянусь – если бы эта ужасная женщина не схватила Малкхаю, я бы никогда…

– Отложим этот разговор до нашего возвращения на «Спокойствие», – сказала Жиури. Ксорве ощутила укол раздражения, но Шутмили как будто не заметила пренебрежения в этих словах.

– Мы все хотим, чтобы ты была в безопасности, – сказала Жиури, – особенно сейчас.

Шутмили выжидающе глядела на нее.

– Возможно, это тоже могло бы подождать до нашего возвращения на корабль, – сказала Жиури. Она с намеком посмотрела на Ксорве и Сетеная, но затем решила, что их присутствие не имеет значения. – В Квинкуриате освободилось место.

– И они рассматривают мою кандидатуру? – выдохнула Шутмили. Глаза у нее заблестели, и все ее существо наполнилось гордостью и готовностью. – Все еще?

– Конечно, – ответила Жиури. – Сначала нужно очистить тебя от скверны, но это вряд ли займет много времени. Мы проведем экзамен прямо на борту фрегата на пути в Карадун. И к тому времени, как мы достигнем Могилы Отступницы, ты уже будешь готова к слиянию.

– Но что, если я не пройду? – спросила Шутмили.

– Не стоит так волноваться, – ответила Жиури с легкой улыбкой. – Путь неблизкий, а «Спокойствие» готов к взлету. Отправляемся домой?

Шутмили кивнула, не в силах вымолвить ни слова, видимо, от облегчения.