“Так и собираешься сидеть здесь, в темноте, и бояться?” — тихий, смутно знакомый голос, звучавший как будто издалека, спросил ее.
Она инстинктивно повернула голову в том направлении, желая разглядеть говорящего, и совершенно не обратив внимания на то, что шум ветра в листве и отдаленное пение птиц резко оборвались.
“Я не боюсь…”, - недовольно начала она, но тут же поняла, что это ложь.
“Неужели”, - продолжил тот же голос, — “спустя такое количество времени, и несмотря на то, что ты все еще считаешь, что была права, ты не можешь смириться с тем, что ты — убийца?”.
“Я не убийца”, - ответила она, но без особой уверенности.
“Почему это?”, - не поверил голос, — “Тебе не нравится убивать? Только не лги, что нет. Мне ли не знать, что твоя ненасытность в этом вопросе не знает границ”.
“Может, и так”, - дерзко ответила девушка. — “Я не виновата, что другого способа нет”.
“И ты взваливаешь на себя эту ношу, как благородно. Тысяча добрых дел грузом на плечах не лежат, а?”, - издевательски спросил голос.
“Пусть и лежат”, - гордо ответила она.
“А как же одно злое?”, - негромко уточнил голос.
Кирай замерла на вдохе. Марк…
Почему-то, когда она подумала о нем, вся ее гордость куда-то улетучилась. И правда, чем здесь гордиться. Она ведь просто убийца…
“Что, все-таки слишком тяжело?”, - победно хмыкнул голос. — “Такова твоя суть. Мне даже сложно винить тебя в этом”.
Девушка молчала. Она понимала, что возражать нет смысла.
“Это даже смешно. Такая слабость всех твоих убеждений перед единственным человеком… А знаешь, ты еще этого не поняла, но я тебе расскажу. Все останется так же, как и прежде. Но каждую спокойную минуту эта сцена будет возникать перед твоим взором. И каждый раз тебе придется уходить во тьму, чтобы снова жить дальше. И каждый раз эта тьма будет становиться все гуще вокруг тебя. Пока не заполнит до краев”.
Теперь голос будто бы звучал с другой стороны, и еще он был гораздо ближе, но она не поворачивала голову, так как знала, что все равно ничего не увидит.
“Пусть так”, - тихо сказала Кирай.
“Серьезно, ты так просто с этим смиришься? Мне даже жаль тебя”, - в голосе мелькнуло сочувствие. — “Не верю, что тебе ни капли не хочется уйти”.
“Я этого и не говорю”, - вампир горько ухмыльнулась. — “Знаешь, я устала находиться во тьме. Я думала, что со временем привыкну, но к этому невозможно привыкнуть. Тогда я захотела уйти, но я не вижу ни единого способа этого сделать. Наверное, это невозможно”.
Голос какое-то время молчал, как будто осмысливал сказанное.
“Твое принятие своей судьбы меня удивляет. Но я дам тебе подсказку, так и быть. Подумай, может, часть обязательств ты взваливаешь на себя сама?”.
Крупная дрожь прошла по спине Кирай: последняя фраза как будто была сказана кем-то, стоящим совсем близко, прямо за ее левым плечом. Только тут девушка поняла, что ее спина уже давно не чувствует шершавой коры дерева. И ее ноги тоже — они будто просто висели в воздухе, а не лежали на земле.
При этом она почему-то не падала. Как будто тьма поддерживала ее все это время.
Стараясь не дать себе испугаться, она осторожно открыла глаза и убрала ладони от лица, но ее все еще окружала лишь кромешная тьма.
Вспомнив, что на ней также была повязка, она схватилась за нее, но резко замерла. Отчего-то ее охватил страх. Ей вдруг пришло в голову, что если она ее снимет, произойдет что-то ужасное.
Не в силах бороться с этим чувством, она попыталась рукой нашарить дерево за своей спиной, но там ничего не было.
Не понимая что происходит, она встала на ноги — это у нее получилось без особенного труда. Поверхность под ногами ощущалась твердой и довольно надежной, хотя она абсолютно точно не была травой парка.
Размышляя о том, как она пойдет в таверну, если не в состоянии даже понять, где сейчас находится, вампир аккуратно сделала несколько шагов вперед. Не изменилось ровным счетом ничего.
Она прошла еще немного, но вокруг была все та же пустота. Никаких деревьев, травы, никаких звуков, никаких запахов.
Не понимая, как такое возможно, она сделала шаг назад, но отчего-то не удержалась на ногах и упала. Это было совсем не больно, а если точнее, это было никак — просто она вдруг обнаружила, что лежит на спине.
Девушка попробовала подняться, но теперь ее ноги будто проваливались каждый раз, когда она пыталась поставить их. Как будто пола и вовсе не было.
Не имея возможности даже сесть, она смогла только повернуться на бок, но спустя несколько секунд поняла, что ощущение пространства абсолютно исчезло, и теперь она даже не могла сказать, где находится небо. А есть ли оно вообще?
А впрочем, какая разница?
Тьма, окружавшая ее, не была враждебной. Как будто даже наоборот, она казалась очень привычной и естественной. Стоявший без движения воздух не был слишком горячим или холодным. Тело не ощущало никакого внешнего давления, но и не было этого пугающего чувства падения. Кругом было пусто и спокойно.
Если она останется здесь, она будет в безопасности. И мир будет в безопасности. Мир это заслужил. А она заслужила?