Да вы только сравните два этих «возвращения»! Один пришел и победил, а весь мир – увидел. Другой – думает о том, как можно сохранить и любовницу, и жену. Разными бывают возвращения…

Глава первая

Возвращение Бонапарта

Наполеон, в отличие от Нельсона, морской болезнью не страдал. Почти. У него, в отличие от Нельсона, со здоровьем вообще все в порядке. С верой в Судьбу – тем более. Армию в Египте он бросил, тут и рассуждать не о чем, но нельзя не признать, что генерал Бонапарт рисковал. Очень сильно рисковал. Повстречайся им на пути хотя бы один английский линейный корабль, и путешествию конец…

Будущее «золото нации» – на двух фрегатах венецианской постройки. Еще два небольших судна можно и не брать в расчет. На «Мюироне» – Бонапарт, Бертье, пасынок Евгений Богарне, ученые. На «Каррере» – Мюрат, Ланн, Мармон, еще люди из «научно-просветительского» отряда экспедиции. Охрана, включая мамелюков, небольшая. Главное достоинство фрегатов, как мы уже знаем, в том, что плывут они достаточно быстро. Но в море, об этом нам тоже известно, всякое случается.

Отплыли 23 августа 1799-го. С Бонапартом – контр-адмирал Гантом, получивший несколько ранений в битве при Абукире, спасшийся чудом. Гантом храбр, но понимает, насколько сложная задача перед ним стоит. Он предложил генералу Бонапарту идти на запад вдоль африканского берега. Бонапарт согласился.

По сути – самый длинный и едва ли не самый трудный путь. Трудный из-за того, что ветры в это время здесь совсем неблагоприятные. Но с точки зрения безопасности – абсолютно логично. Опытные моряки, в том числе и военные, о местных особенностях знают и без острой необходимости стараются сюда не наведываться.

Начало путешествия, как и предсказывал Гантом, не оказалось приятным. Немного попутного ветра, а потом – встречный. Северо-западный, в полную силу. Один из участников событий вспоминал: «Это продолжалось пятнадцать, а то и двадцать дней. Порой за сутки удавалось продвинуться на 2–3 лье (12–13 километров. – М. К.) в нужном направлении, а нередко нас отбрасывало назад, не только из-за ветра, но и благодаря здешним подводным течениям. Тогда армейские офицеры начинали шутить над морскими: когда, дескать, мы бросим якорь в Александрии? Обидевшийся адмирал Гантом хотел даже сменить курс. Но когда он предложил сделать это главнокомандующему, тот велел не менять планы, а, напротив, держаться еще ближе к берегу…»

В морском деле Наполеон, может, и слабо разбирался, но дар предчувствия у него был развит очень неплохо. До поры до времени – точно. Скука лучше, чем английские корабли в опасной близости. Скуку убивают по-разному.

В основном играют в карты и шахматы. В карточных играх Бонапарт частенько жульничает, но желающих поймать его за руку нет. В шахматах особо не пожульничаешь, но и здесь у генерала свой стиль. Если играл с сильным соперником, то после первого же выигрыша уходил, не давая противнику возможности отыграться. Уходил победителем!

Бертье предпочитал вздыхать где-нибудь в темном углу. Предвкушал встречу с возлюбленной, графиней Висконти. Ланн и Мюрат вяло переругивались, эти двое друг друга терпеть не могли. Ланн до сих пор передвигался на костылях, но за саблю периодически хватался. Скучно же!

Евгений Богарне, страшно переживавший из-за слухов, связанных с его матерью, Жозефиной, использовал любую возможность пообщаться с отчимом. Бонапарт, всегда хорошо относившийся к пасынку, общался с ним тепло, но – не часто. Ему нужно было время для размышлений…

11 сентября подул наконец попутный ветер. Фрегаты плывут быстро, 25 сентября огибают мыс Бон на северо-востоке Туниса и… Едва не сталкиваются со стоящей на якорях английской эскадрой!

Что там произошло в действительности, толком никто не знает. Кто-то говорит о том, что англичан ослепило восходящее солнце, кто-то – что наблюдатели в ту сторону даже не смотрели. Корабли, идущие с востока, редкость. Без сомнения, это наиболее тревожный для Бонапарта момент. Один, всего один взгляд дозорного в нужном направлении! Но в паруса французских кораблей дует не просто попутный ветер, а ветер Судьбы.

Гантом, заметив британские суда, тут же поднимает общий сигнал «На море враг». Корабли разворачиваются и уходят за мыс. Весь день прячутся в небольшой бухте. Ночью, потушив огни, в полной тишине, они прокрадываются мимо англичан.