Обслуживающий персонал сторонился Фрица, не смотрел ему в глаза, и одно присутствие хозяина, казалось, вызывало страх, который витал в воздухе, хотя обращение было сердечным и дружелюбным. Одного звука его голоса, одного его взгляда было достаточно, чтобы внушить уважение – и даже испугать кого угодно. Хеди восхищалась мужчинами с характером, ей нелегко было встретить таких, способных превзойти ее. Войдя в замок, она остолбенела: купол с витражами рассыпaл радугу, как палитру цветов, по стенам белого зала. Узор этого потолка отражался на блестящем полу, и ей показалось, что она – в преддверии рая. Зачем этому одинокому человеку такой зaмок?

Фриц владел старинной виллой Фейгенберг, окруженной более чем двумя тысячами гектаров рощ, садов и холмов. Этот зaмок на окраине Зальцбурга, расположенный в верхней части живописной долины, у подножия гор, выглядел совершенно сказочным. Отсюда открывался великолепный вид на город, поля и леса.

Они прогулялись по парку к реке Зальцах, протекающей по границе владения. Болтали о разных пустяках и о том, что видели по пути. Затем миновали красивый фонтан. Фриц выглядел расслабленным, беззаботным. Конечно, ему были доступны любые женщины, которых он только пожелает, но сопровождала его там именно она.

Бассейн дробил отражение солнца на мелкие кусочки. Фриц указал ей вход в раздевалку, где Хеди обнаружила несколько купальников. Она выбрала черный, а еще взяла белый халат. Выйдя из раздевалки, она почти постоянно ощущала на себе его проницательный взгляд.

Фриц разглядывал ее изящное, легкое, почти бесплотное тело. Свет озарял мягкие волоски на гладкой, упругой коже ног. Она поднялась на две ступеньки в беседку, где был накрыт чайный столик. Облокотившись о перила и любуясь гобеленом гор, она почувствовала, как он приближается к ней.

А он смог ощутить тепло ее тела, даже не прикасаясь к ней. Взял ее за талию и обвив обеими руками, заметил ее покорную мягкость: она передавала ему какую-то необычную вибрацию. Ее аромат не был запахом женских духов, как ни странно, это был собственный аромат Хеди, словно сопровождавший ее суть. Распущенные волосы завились между его пальцами, лаская и щекоча их; взгляд Хеди, такой неповторимый, погрузил его в бездну абсолютной обреченности.

Она ощущала присутствие сильного мужчины – его характера, ума, воображения; его крепкие руки не оставляли ей выхода, хотя в тот момент она и не хотела покидать это место.

Их взгляды встретились в ожидании неизбежного, они смотрели друг на друга в упор, и странная напряженность охватила их, мощный магнетизм притягивал губы, которые робко выбирали между прикосновением и отстранением. Хеди приближала к его лицу свой желанный рот и тут же отстранялась, доводя Фрица до грани отчаяния. Их окутало полное волшебство, когда их губы слегка встретились, едва касаясь друг друга, пока глубокий поцелуй не превратился в бурный прорыв.

К тому моменту Хеди уже страстно хотела увлечь его в спальню в замке, она остро чувствовала прилив жара между ног. А Фриц ощущал, как его охватывает шквал удовольствия и одновременно – страха.

10

Зальцбург, август 1933 г.

Этот город гордился своим композитором; музыка его звучала в мэрии каждое утро, но в тот день соната для клавира № 16 до мажор Моцарта изысканно лилась изнутри кафедрального собора.

Кровля башен храма приобрела зеленоватый оттенок – результат окисления меди, которой были покрыты его купола. С портика собора, между двумя башнями, просматривались лесистые холмы, окружавшие город, и, как казалось, их поддерживают серые и светло-зеленые крыши тамошней деревушки. Сверху яркое небо словно окутывало крепость Хоэнзальцбург.

Лето в Зальцбурге выдалось приятным. Избранные гости, разместившиеся в отеле «Голденер Хирш», подъезжали на своих автомобилях по берегу реки Зальцах. Их машины парковали лакеи в черных смокингах.

Шофер открыл заднюю дверцу, и Фриц вышел из блестящего «Роллс-Ройса Таункар», купленного специально для этого случая. Группа приглашенных была небольшой, но интересной: военные, политики, банкиры, бизнесмены, представители церкви и несколько странных незнакомцев. Как всегда, на лацкане безупречного белого фрака, в котором был Фриц, красовался красный цветок. Однажды он уже женился в синагоге, но брак продлился всего несколько месяцев, поскольку супруга терпеть его не могла и вскоре ему наскучила.

Войдя в главный неф, он оглядел храм. Потолки в стиле барокко и готики поддерживались стройными колоннами, которые поднимались к расположенным строго геометрически стропилам кровли. Мраморный алтарь с позолоченными деталями венчал эту замечательную картину. И Фриц снова почувствовал себя могущественным.

Белые лошади, бежавшие рысцой, задавали ритм движению кареты. Тонкий аромат цветов улетучивался по мере того, как они выезжали из парка Мирабельгартен и пересекали Штаатсбрюке. Хеди казалось, что ее жизнь превращается в сюжет какого-то знакомого фильма, в котором она жаждала сыграть главную роль.