— Ты, я вижу, совсем рехнулся! — напустился взбешенный возница на Бартоломью. — Или так залил глаза элем, что прешься не разбирая дороги и уже не видишь ни лошади, ни повозки!

Майкл решил перейти в наступление и угрожающе наставил на возницу пухлый перст.

— Сегодня воскресенье — день, назначенный Господом для отдыха и покоя! — сурово возвестил он. — Ты же трудишься, тем самым совершая тяжкий грех!

Однако возница, простоватый на вид парень, оказался не робкого десятка.

— А с какой стати твой друг носится по улицам как угорелый? — насмешливо вопросил он. — По-моему, это тоже не слишком подходящее занятие для воскресного дня.

— Мой друг — доктор, — важно изрек Майкл. — Да будет тебе известно, докторам позволено спешить на помощь больным во все дни недели, включая воскресный.

— А, так он хотел вылечить того малого! — усмехнулся возница. — Впервые вижу, чтобы больной улепетывал от лекаря во все лопатки!

Майкл сделал угрожающий жест, показывая, что разговор окончен. Парень, только что имевший случай убедиться в недюжинной силе тучного монаха, счел за благо не испытывать его терпение и взялся за поводья. Лишь отъехав на безопасное расстояние, он позволил себе несколько весьма крепких выражений по поводу ошалевших от пьянства докторов и бешеных монахов.

— Майкл, ты меня спас. Если бы не ты, мне пришел бы конец, — пробормотал Бартоломью, неуверенно поднимаясь на ноги.

Бросив благодарный взгляд на товарища, он в который раз подивился его силе. Майкл никогда не занимался тяжелым трудом, а пища, поглощаемая им в чрезмерных количествах, шла скорее во вред, чем на пользу. Тем не менее мощным рукам монаха мог бы позавидовать молотобоец.

— Ладно, чего уж там, — с подчеркнуто равнодушным видом пожал плечами Майкл. — Жаль, что ты не поймал его. Если бы не проклятая повозка, он бы от тебя не ушел.

Бартоломью сосредоточенно ощупывал свою руку, проверяя, в порядке ли сустав.

— Этот малый верткий, словно уж, — вздохнул он. — Ведь в церковном дворе я уже схватил его, да он вывернулся. А потом ушел от тебя.

— Жаль, очень жаль, — повторил Майкл, сокрушенно покачав головой. — Этот человек мог бы ответить на многие наши вопросы. Знаешь, как его имя? Николас из Йорка.

VIII

К вечеру дождь не прекратился, что лишь усугубляло нежелание Бартоломью участвовать в рискованной вылазке. Вместе с Кинриком и Майклом они выждали в кухне, пока колледж погрузится в сон, и через фруктовый сад направились к задним воротам. На улице из темноты возник Джонстан, сопровождаемый двумя рослыми педелями.

— Это мои самые надежные люди, — шепотом сообщил он. — Мы поставим их в карауле поблизости от церкви Всех Святых, и в случае опасности они придут на помощь. Кстати, канцлер советует нам быть как можно благоразумнее. Какие бы кощунства ни происходили в церкви, нам следует исподтишка взирать на это и воздерживаться от любых попыток вмешаться.

— Меня томят дурные предчувствия, — пробормотал Бартоломью, шагая рядом с Майклом. — Вот увидишь, брат, добром это не кончится. Не надо присутствовать на сатанинских ритуалах, пусть даже из благих побуждений.

— Если послушать брата Бонифация, вся твоя медицина — те же сатанинские ритуалы, — усмехнулся Майкл.

— У него хватило глупости так заявить? — позабыв об осторожности, громко вопросил Бартоломью. — Он сам тебе это сказал? — понизил он голос, заметив устремленные на него недовольные взгляды.

Майкл кивнул, тихонько посмеиваясь. Кинрик бесцеремонно толкнул Бартоломью локтем в бок, давая понять, что сейчас не время для досужих разговоров. Они миновали Хай-стрит и двинулись по Бридж-стрит. По пути им встретился ночной дозор, но стражники узнали Джонстана и воздержались от расспросов. Приближаясь к Большому мосту, товарищи Бартоломью старались избегать освещенных мест, ибо вовсе не хотели, чтобы их заметил кто-нибудь из членов сатанинской общины. Трое караульных у моста приглушенно переговаривались. Отсветы фонаря играли на лезвиях их мечей. Джонстан остановился, чтобы решить, как поступать дальше.

— Сатанистам непременно придется пересечь мост, — заметил он. — Вне всякого сомнения, они пользовались мостом и во время своих прежних сборищ. Скорее всего, караульные получают от них мзду. Если солдаты увидят нас, они, того и гляди, сообщат приспешникам дьявола, что по мосту недавно прошли какие-то люди.

Кинрик окинул взглядом реку.

— Здесь неглубоко, — шепотом произнес он. — Мы можем перейти реку вброд.

Бартоломью с сомнением поглядел на темную бурлящую воду.

— Сегодняшний дождь изрядно взбаламутил реку, — заметил он. — К тому же в воде полно отбросов и мы рискуем подцепить заразу.

— Но сейчас темно, и мы не увидим никаких отбросов, — успокоительно заметил Джонстан.

Бартоломью в удивлении воззрился на младшего проктора. В тусклом свете фонаря лицо Джонстана было едва различимо, и доктор никак не мог понять, насмехается тот или же говорит серьезно.

— Зараза всегда невидима, — все-таки произнес он наставительно. — Тем не менее она способна причинить человеку большой вред и даже убить его.