Читаем Небо нас ненавидит (СИ) полностью

— К демонам плащ!.. — рявкнул Ронислав — так что пламя свечей дёрнулось.

Только сейчас дядюшка заметил, что пришли только двое. Он оглядел ребят ещё раз, словно сомневался, что это не призраки. И только потом спросил:

— А где монах?

Ладислав опять посмотрел на Милона. Тот подмигнул. Маленький оруженосец помнил, что они договорились сказать.

Надо было говорить подготовленную легенду. Но юный барон Томирский не смог. И он сказал правду:

— Человек, что носил одежду монаха Новых Богов и называет себя Сибби, совершил преступление. Я судил его и казнил, по привилегии барона Томирского. К общему делу это никак не относится.

Лицо дядюшки дёрнулось, — словно он увидел червя в марципане. Но тут над головой открылась дверь. Из проёма показалась смутно знакомая голова.

— Вас ожидают, — заявила она.

Дядюшка выдохнул и сказал:

— Ладно, не важно это всё. К демоном этого колдуна Сибби! Я бы его и сам убил, если бы набрался смелости. Мы и так победили. Идём!

47. Ладислав, барон Томирский

Каждый из троих молчал и думал о своём. Ладислав подумал, что надо бы приказать оруженосцу выкинуть отрубленную голову, — но не стал этого делать. Пусть несёт. К тому же, здесь не куда её выкинуть. Сколько не перестраивали королевский замок, а места, чтобы выкинуть отрубленную голову, так и не появилось.

Дядя ориентировался здесь лучше Ладислава. Чтобы выйти к тронному залу, ему хватило двух переходов и одной лестницы.

— А где слуги? — спросил юный барон Томирский.

— Попрятались, — был ответ.

— Боятся, что накажут?

— Верно

— Но они же не в чём не виноваты.

— Любой слуга знает, что невиновность не спасает от наказания.

— Из пажей никто не пострадал? — Ладислав продолжал спрашивать.

— Откуда такое беспокойство? Разве наши родичи тут служат?

— Нет. Я просто люблю детей. Вдруг из них вырастет что-нибудь путное.

— Ты добрый, — сказал дядя, — Хорошее качество — и жалко, что бесполезное в наше время.

Они вошли в просторный полутёмный холл, где полагалось ожидать аудиенции. Ладислав узнал это место — он уже бывал здесь. Высокие, сумеречные своды сходились над головой, а колонны покрывали медные узоры — стилизованные виноградные листья.

Кроме них, в зале было ещё трое. Когда дядя и племянник вошли, они двинулись к ним навстречу.

Ашул, конюший, отвечал за обычных королевских коней. Эта должность давно стала придворной, так что этот маленький и ловкий человечек совсем не походил на лихого наездника. Скорее, он был похож на крышу.

Рядом с ним ступал чуть полный человек в красном офицерском мундире, и аккуратно подстриженной русой бородой.

Ладислав не знал этого военачальника. Похоже, он выдвинулся недавно.

— Что? — спросил дядя Ронислав. Он не собирался тратить время на ритуальные приветствия.

— Его всё ещё не нашли, — ответил бородатый.

— Но в замке его нет, — отозвался Ронислав, — и в городе нет. Допрашивали слуг?

— Ничего не знают. Лакей, кучер и двое из стражи могут что-то знать, но уехали с ним.

— Получается, его кто-то предупредил… Кто-то из нас.

— А может, оно и к лучшему, — заявил крысоподобный Ашул, — Пришлось бы его осаждать. А в городе и так беда. Когда мне сказали про зелёных детей — я не поверил. Уже и до нас добрались! Надеюсь, он бежал рекой и они его съели.

— Не надейся, — процедил Ронислав, — На этого человека нельзя надеяться.

Тем временем Ладислав подошёл к пастору. Юный барон Томирский не знал этого человека. Но раз служитель Новых Богов оказался в этом месте в это время — его власть была велика.

И с делом, которое было у Ладислава, идти нужно было именно к нему.

— Для меня большая честь видеть молодой барона Томирского, — пастор заговорил, не дожидаясь приветствия, — Наслышан о тебе и твоих подданных. Ты привечаешь страдавших, защищаешь обездоленных и предан Новым Богам — а это многого стоит.

— Главного обо мне вы не знаете. А если бы знали — но не хвалили.

— В моём возрасте знаешь о людях почти всё. Особенно то, что они скрывают. У всех людей есть пороки, — и почти у всех они не особенно велики. Ты хотел намекнуть, что у тебя есть любовница?

Ладислав пожевал губами и, наконец, решил, что стыдиться тут нечего.

— Была. К сожалению, уже была…

— Это не страшно. Ты встретишь новую. В твоём положении…

— Не важно, что будет потом.

— Значит, твоя тайна с тобой… Ты нашёл утешение в вине?

— Нет.

— В дурмане?

— Нет.

(Интересно, кем он работал, пока не пошёл в пасторы. Наверное, дознавателем..)

— В объятиях любовника? — осведомился пастор всё тем же невозмутимым тоном.

— НЕТ!

(Когда это закончится?)

— Так что же тебя может беспокоить?

— Я отрубил человеку голову.

— С таким происхождением, как у тебя, — немного торжественно произнёс пастор, — и в такие времена, что наступают, ты можешь не волноваться. Тебе придётся это проделать ещё не раз.

— Он был монахом. Вашим монахом. Говорил, что служит новым богам. Я расследовал и установил — он служил злу.

Кажется, Ладиславу удалось его удивить. Тусклые, сонные глаза пастора вспыхнули