Читаем Небеса любви полностью

Лили снова посмотрела на него украдкой. Интересно, какую игру он вел? В том, что ее муж вел какую-то свою игру, она не сомневалась, как не сомневалась и в том, что он блефовал, когда заявлял, что ему не нужны ее деньги. Кто же захочет жить в бедности? Лили знала, что таких людей на свете нет, и потому не принимала всерьез его слова о том, что ее деньги ему не нужны. Но как понимать тот факт, что он не стал требовать от нее исполнения супружеских обязанностей?

Волнистая прядь упала ему на лоб, и он машинально смахнул ее. Впервые Лили обратила внимание на его руки. Руки красивой формы с длинными изящными пальцами… Однако с мозолями на ладонях, хотя под ногтями не было грязи. А тыльные стороны кистей были бронзовыми от загара, то есть такими же, как лицо и шея.

Его глаза она сейчас не видела, лишь длинные черные ресницы. И у него был весьма впечатляющий профиль – высокие скулы и крупный, с горбинкой, нос, типично французский. У Жан-Жака нос тоже был не маленький, но черты его были лишены той выразительности, что делала лицо сидевшего напротив мужчины таким привлекательным. Лили взглянула на его губы – красиво очерченные и чувственные; причем на нижней губе имелась едва заметная выемка посередине. Он брился утром, но вокруг губ, на впалых щеках и на квадратном подбородке, уже намечалась темная щетина.

Внезапно вздрогнув, Лили отвернулась и уставилась в окно, ландшафт за которым уже начал меняться; Лили даже разглядела узкую полоску моря на горизонте.

Вскоре они свернули к северу, и береговая линия с величественными утесами пропала из виду – теперь дорога проходила через лес. Через некоторое время показались массивные ворота усадьбы, и в тот же миг Паскаль закрыл книгу и убрал ее в заплечный мешок.

– Мы на месте, – сообщил он.

Лили осмотрелась, стараясь разглядеть маленький домик, но ничего подобного не увидела. Проехав через ворота, карета покатила по усыпанной гравием дороге, проложенной в густом лесу. «Интересно, в чье поместье мы заехали?» – судорожно сглотнув, подумала Лили; она чувствовала себя преступницей, ворвавшейся в чужие владения.

И вот, наконец, впереди показался огромный дом. Лили узнала Рейвенсуолк – она видела изображения этого места (карандашные наброски и акварельные этюды). Имение графа Рейвена считалось шедевром барочной архитектуры. Но зачем они здесь? Ей совсем не хотелось бы столкнуться с хозяевами этого поместья, поскольку она знала, что ей тут не обрадуются.

Нервно облизнув губы, Лили пробормотала:

– Э… мистер Ламартин, вам не кажется, что это наглость? Как вы осмелились воспользоваться парадной подъездной дорогой лорда Рейвена?

– Этот путь – самый короткий, – с невозмутимым видом ответил Паскаль.

– И все же лучше бы поехать окольной дорогой…

– Вы что, знакомы с этим поместьем?

– Нет, но я наслышана о нем. Где вы живете? На одной из ферм, что сдают внаем?

– Я живу здесь, – ответил Паскаль, когда карета остановилась у парадного входа.

Лили во все глаза уставилась на мужа.

– Здесь?… – переспросила она сдавленным шепотом. Но ведь слуги не входят в дом через парадные двери! Наглости этого субъекта можно позавидовать!

Тут кучер открыл дверцу кареты и спустил ступеньки. Паскаль взглянул на жену и сказал:

– Оставайтесь на месте. – А сам выбрался из экипажа.

– О, мистер Паскаль!.. – восторженно воскликнул слуга графа Рейвена. – Мы вас не ждали! Добро пожаловать домой, сэр. Давно вас тут не было.

Лили в изумлении смотрела на улыбавшегося супруга; в искренности и сердечности его улыбки никаких сомнений быть не могло. Итак, ее супруг – негодяй и лицемер! – улыбался и жал руку слуге графа Рейвена.

– Спасибо, Джеймс. Приятно вернуться домой. Как ваша жена?

– Сейчас замечательно, мистер Паскаль. Уж как она обрадуется, когда узнает, что вы приехали. Она всегда помнит о том, что вы для нее сделали.

– Пустяки, ничего особенного я не сделал. Лорд и леди Рейвен дома?

– Его светлость у себя в кабинете, а ее светлость в саду. Как же они обрадуются!..

– Паскаль! – Светловолосая женщина лет сорока уронила корзинку с цветами и бросилась навстречу негодяю. И Лили, в ужасе вздрогнув, узнала Джорджию, графиню Рейвен. – Ах, милый Паскаль!

– О, мадам! – Паскаль раскрыл объятия, и графиня бросилась к нему на грудь.

– Не могу поверить, Паскаль. – Она смотрела на него с улыбкой, смахивая слезы радости. – Не верю своим глазам!

– Мадам, я так рад вас видеть…

– А я тебя, дружок. Ты даже представить не можешь, как я тебе рада! Славный сюрприз ты нам устроил. Два года ты не показывался дома, негодник. Дети будут в восторге! Ты не представляешь, как они выросли! Чарли повел младших рыбачить, поэтому тебе придется немного подождать их возвращения. Джеймс, немедленно приведи сюда моего мужа!

– Нет, – сказал Паскаль, останавливая слугу. – Нет, мадам. Я сам к нему пойду. Я должен поговорить с вами обоими, и лучше сделать это без посторонних.

Улыбка сползла с лица графини.

– Случилось что-то… плохое? – тихо спросила она.

Паскаль пожал плечами.