Читаем Не та профессия 2 полностью

Причём в детстве, представляя себе эту сцену в ярких красках, я почему-то видел его в роли героя мультфильма: вылетающего спиной вперёд; через разбивающееся мелкими осколками окно; так, чтоб только пятки в окне сверкнули.

Сегодня мне очень стыдно за те свои мысли. А отца я потом много раз с благодарностью вспоминал уже в других ситуациях, в других странах и по другим поводам… Гораздо более серьёзным, чем порванные на горке штаны.

Смешно, но не обзаведясь своими детьми ни там, ни тут (если не считать погибших детей Атени), я сейчас буду выступать в роли своего бати.

— Актар, извини, если скажу грубость. Ты сейчас учишь её тому, что ей может сослужить очень плохую службу. — Выныриваю из некстати нахлынувших воспоминаний. — Ей несказанно везёт. Все последние месяцы — несказанно везёт, начиная от того момента, как мы первый раз встретились.

Деликатно не напоминаю, чьи соплеменники стали тому причиной.

— А ты ей в голове закрепляешь ту мысль, что на везении можно строить какие-то расчёты, — продолжаю такую очевидную (с моей точки зрения) мысль.

— Ну да, — недоумённо поднимает на меня глаза пуштун. — На всё Воля Аллаха, и ничто да не случится без Воли Его, нет?

— Гхм… — сходу не нахожусь, что ответить. — Давай ты сейчас просто помолчишь?! — крайне невежливо прошу того, кто раза в два старше этого тела.

Актар в ответ беспардонно ржёт, а Алтынай выбирается наконец из фонтана.

— Ты бываешь невообразимо глуп там, где можешь себе это позволить, — говорит она мне свой очередной ребус, успокаивающе похлопывая напрягшегося Актара по спине. — Поверь, я смогу найти в жизни того, на кого смогу надеяться помимо себя. И да, помощь Аллаха тоже никто не отменял.

— Ну, знаете… на это даже не знаю, что вам сказать, — снова сдерживаюсь, на сей раз — чтоб не плюнуть прямо в фонтан. — По судье всё просто. Первое. Собрать совет старейшин, либо суд из троих знающих и уважаемых людей. Желательно из пашто. Поручить им проверку его дел за последний год, они в здании суда. Всё, что они нароют — его обвинение. Это формальный повод сделать с ним всё, что хотите.

— А найти его при этом как? — смеётся Актар.

— А это ещё проще. Объявите награду за его голову, чтоб не гоняться за ним сотню лет. Награду надо объявлять исключительно через Актара. Через него же нужно оставить у уважаемых людей этого города аванс — половину суммы награды.

— Не спорю, но пока не понимаю всего полностью, — хмурится Актар. — Зачем?

— Во-первых, этот добровольный охотник может быть ранен. Во-вторых, ему для погони либо поимки может потребоваться снаряжение либо помощь, в том числе в преследовании по чужой стране, если судья рванёт, например, в Иран…

Делаю паузу, давая Актару время на осмысление (Алтынай, судя по загоревшимся глазам, всё поняла сразу).

— Ещё одно. Более всего, в этом случае стоит надеяться из всех общин именно на пашто, согласен? — жду подтверждающего кивка

— Да, — автоматически соглашается Актар. — Дари и туркан этого могут просто не сделать либо не взяться…

— А у вас, — имею ввиду народ Актара, — новости разносятся быстро. Вот твои деньги, оставленные авансом, очень помогут принять решение тем из небогатых пашто, которые согласны взяться за эту работу, но не имеют возможности приобрести всё необходимое.

— Можно так выдать авансы даже нескольким группам, — подаёт предложение самой себе Алтынай. — Я за эту тварь денег не пожалею…

— Чем больше авансов ты оставишь, тем быстрее этого судью тебе приволокут, — смеюсь, ничуть не сомневаясь в розыскных талантах пуштунов в своих собственных горах.

— Интересно, а куда делся тот, с которого все началось? — роняет Актар в полной тишине через минуту. — Он вообще в суматохе куда-то из Дворца, исчез как в воздухе растворился.

— На этот вопрос я тебе легко отвечу, — не удерживаюсь от ребячества потянуть интригу подольше.

Я уже успел обдумать все детали, плюс расспросить кое-кого из стражников-пашто (собирающихся, после случившегося, сменить место жительства на провинцию Алтынай).

— Ну говори, не тяни, — рассерженно сопит Актар, явно порываясь бежать и ловить сразу после моих слов.

— Идёт сейчас с караваном через горный проход в Бамиан, в обратную сторону. Под личиной… ммм… говорящего на дари или на forsii tojiki. Причём скорее второе, чем первое. — Видимо, Алтынай заразила меня каким-то своим детством, потому что пару секунд я с удовольствием наблюдаю их с Актаром удивлённые лица.