Слышу щелчок, и дверь в кабинет распахивается. Ксю стоит с красными щеками. Захожу в кабинет и осматриваю его.

— Ты что думаешь, я тут с кем-то? — раздается около самого уха.

Отрицательно машу головой. Сам не знаю, что я хотел увидеть.

— Ты чего трубку не брала?

Ксю не прерываясь складывает в свою сумку помаду и тушь.

— В туалете была. А когда стучал, я красилась.

— А закрылась зачем?

Она пожимает плечами. Подходит ближе и целует меня.

— Поехали?

Я смотрю на часы без пятнадцати пять. Киваю и отхожу в сторону, пропуская ее вперед.

— Подожди меня внизу в машине, — кидаю ей ключи от машины. — Я кабинет не закрыл.

Крутя брелок от машины, идет к лифту. Я засмотрелся на нее. Сексуальная попка двигала в такт стуку ее каблуков. Тряхнул головой, чтоб не сорваться и не зажать ее в лифте.

Дверь в кабинет оказалась открытой, хотя я отлично помню, что прикрывал ее. Заглядываю внутрь и вижу Елену, роющуюся в ящиках моего стола. Я облокачиваюсь на косяк и молча, стою. Она так увлечена поисками, что даже не замечает меня. И что она ищет? Очень даже интересно.

— Кх-кх, — надоел мне этот бардак. — Кх-кх. — прокашлялся я, привлекая на себя внимание.

Елена поднимает голову и выпрямляется во весь рост. Смотрит на меня испуганными глазенками. Я несколько часов назад наорал на нее, за подслушивание. А теперь она роется в моем столе. И спрашивается что ищет?

— Ар-Артем Сергеевич, — трясущимся голосом, — я это, я договор искала.

Я подошел к столу и закрыл все ящики. Хорошо, что я перед уходом положил трусики в карман. Сплетней мне еще не хватало по офису и так все уже заметили, что мы с Ксенией приезжаем вместе и уезжаем вместе.

— Пошла вон отсюда! — злобно крикнул, глядя на перепуганную Елену, — завтра получишь расчет.

— Но как же….

Я вытолкнул ее из кабинета и закрыл его на ключ.

— Чтоб завтра тебя не было. И еще, — посмотрел на нее с неприязнью — в рекомендации напишу правду. В моем офисе не будет крыс.

Девушка сидела, уливаясь слезами. Я, молча, пошел на выход.

От кого: Рыжуля

Ты где потерялся?

Потеряла меня моя рыжая девочка. Сажусь в машину, и сразу припечатываюсь в ее губы. Такие сладкие как мед, отрываться совсем неохота.

— Тём, — разрывая поцелуй, ворчит Ксю, — поехали.

Я завожу мотор и двигаюсь в направлении детского сада.

— Артём… — кричит мне дочь, подбегая ко мне. — Я ждала тебя. — признается малышка.

Обнимаю Алису и на душе так хорошо. Не хочется размыкать объятия, но дочь отстраняется и странно смотрит на меня.

— Что такое принцесса? — смотрю на ребенка с улыбкой.

Ее рыжие волосы пропускают солнечные лучи. Маленькие точечки веснушек так идут ей. Смотрю на нее, потом на Ксю и полностью осознаю, что я счастлив.

— А ты скучал по мне? — хмурясь, спрашивает дочь.

— Обязательно. Поехали?

Усаживаю мелкую назад, пристегиваю ремнем безопасности, на что она бубнит. Ксю садится рядом со мной. Мне так хочется взять ее за руку и держать всю дорогу, но сзади сидит ребенок.

— Куда едем? — спрашивает Ксю, видя, что я свернул в другую сторону противоположно их дому.

— Сюрприз. — снова с улыбкой.

Я за несколько дней улыбаюсь столько, сколько не улыбался за всю жизнь. И черт мне это нравится. Рядом с ними моя улыбка искренняя. Ее ненужно натягивать, она сама ползет по мои губам вверх.

— Люблю сюрпризы! — хлопая в ладоши, радуется моя дочь.

Пока мы ехали до места назначения Алиска болтала без перерыва. Снова рассказывая какой Славик хороший мальчик. Болтовней дочь тоже пошла в меня, я, когда был маленький, постоянно со всеми разговаривал, и меня иной раз сложно было остановить. Маме приходилось со мной нелегко, пару раз даже ремня от нее получил за разбитое окно на лыжной базе. Помню как сейчас, отец выругался и, не сказав мне плохого слова, пошел вставлять окошко. Он всегда был добр ко мне в отличие от мамы. Она строгая как училка в школе.

Сейчас конечно родители постарели и их характер поменялся. Мама стала более мягкая, только отец все такой же.

— А ты купишь мне мороженное? Карамельное.

— Конечно. Для тебя хоть звезду с неба малыш.

Алиска опять хлопнула в ладоши и обняла своего медвежонка, с которым она утром уходила в садик.

ГЛАВА 17

КСЕНИЯ

Если к кому — то потянулась душа, не сопротивляйтесь…

Она единственная точно знает, что нам надо.

Эрих Мария Ремарк.

Машина затормозила около большого трехэтажного здания. И нет, это не жилой дом. Это больше похоже на научный центр. Сколько бы я не спрашивала, куда нас он везет, Артем все твердил «Сюрприз».

Лисенок вылезла самостоятельно из машины и сразу взяла Артема за руку и потянула прямиком внутрь здания. Сейчас ей до меня нет дела. Немного, даже ревностно. Я вынашивала ее девять месяцев, потом рожала пять часов, терпела нескончаемую боль. Переживала каждый раз, когда дочь болела. И тут появляется папа, о котором она даже не догадывается. Бросается к нему с объятиями, берет за руку при любой возможности. Я, безусловно, рада за нее, да и за него конечно. Но когда они вместе, я словно становлюсь невидимкой для обоих. Для любой матери, которая воспитывала одна свою кровиночку и была для нее всем, может быть немного тяжело.