– Мы снова вместе, сестренка, все опять по-прежнему, – бормочет Елена. – Я не могу без тебя, ты не можешь без меня. Он попытался нас разлучить, но не вышло. Ты – моя подруга, мое зеркало, я все тебе рассказываю, моя бескорыстная младшая сестра! Родная, мне следовало с тобой поговорить и во всем разобраться, как только появился этот негодяй. Ты – неотъемлемая часть моей жизни, Жизель, и теперь наша связь укрепилась. Ты не можешь этого не видеть. Перестань себя винить, и все прояснится, твое сердце раскроется, и принять важные решения получится само по себе.

Я сжимаю пальцы свободной руки в кулак, как будто удерживаю ее слова, тру глаза, свыкаясь с этой мыслью, гоню сожаление и угрызения совести, так долго висевшие надо мной грозовой тучей. Я ошибалась и дорого платила за свои неверные решения, но я – всего лишь человек, подверженный ошибкам. Она, между прочим, тоже.

– Я тебя люблю, – шепчу я. – Да здравствует непобедимая женская банда Дейзи.

– И я тебя.

Из моего горла вырывается сдавленный хрип.

– Я позвонила тебе, чтобы получить совет. А вышло так, что мы поговорили про нас с тобой.

По ее голосу слышно, что она улыбается.

– У нас уже месяцы все хорошо; тебе просто нужно было разобраться, кто ты и чего хочешь. У тебя прекрасные варианты: преподавание, наука, писательство… Девон.

– В этот раз я хочу сделать правильный выбор. – Я в панике. Вдруг я выберу его, а он разобьет мне сердце? Он обещал, что не уйдет, но что это на самом деле значит?

– Поговори с Девоном. Раскрой свои карты.

– Мы провели вместе так мало времени! – Я не знаю, за что ухватиться, в груди зияет пустота. – Он что-то подозревает… – Я опускаю веки, вспоминая, как пытливо он смотрел на меня, пока нес в постель, как будто в душу заглядывал… – Он боится спросить, потому что знает, что я могу его обмануть.

Мы болтаем еще некоторое время. После этого я застываю перед окном и ищу ответа у горизонта. В 4598 милях отсюда находится ЦЕРН.

При первых проблесках зари я встряхиваюсь. Чувствую себя совершенно разбитой, ноют все косточки. На цыпочках возвращаюсь к спящему Девону, вглядываюсь в его лицо. Как всегда, он действует на меня гипнотически: высокий лоб, плотно сжатые скулы, могучие бицепсы с бабочками. Я улетаю от него, и, сколько бы я ни убеждала себя, что связывающая нас нить неразрывна, сердце знает правду.

Раскрой свои карты.

Обязательно раскрою, но не сегодня. Я соскальзываю в его объятия, прижимаюсь щекой к его груди, слушаю его мерное сердцебиение и наконец-то засыпаю.

27

Девон

– На этой неделе народ повалил. Десять процентов прибыли, спасибо началу осеннего семестра в местных колледжах, – докладывает в четверг Селена, вороша бумаги на своем письменном столе.

– Пожалуй… – Я хмуро изучаю полученную от нее таблицу и рассеянно говорю: – Тебе бы кабинет побольше.

Жизель.

Я тру себе лоб, чешу щеку. У нее прыгает настроение: то она жадно тянется ко мне, то прячется за своим ноутбуком и пропускает мои слова мимо ушей. Сегодня утром я приготовил завтрак и сам слопал почти весь бекон, а она даже не пожаловалась.

– Ты раздобыл для меня билеты на субботнюю игру? – спрашивает Селена.

– А как же!

– На места, которые я просила?

– Полоса в полсотни ярдов, с Еленой и Жизель.

– У ворот под трибунами, чтобы я видела все твои синяки?

– Тебе ни в чем нет отказа.

– Я могу привести десять друзей?

– Приводи.

– Даже мерзавца Эвана, выслеживавшего меня в Интернете?

– Даже его.

– Ты не представляешь, как я рада! Я организую на трибунах торговлю вафлями и всякой всячиной, в том числе напитками.

– Валяй.

Мы оба молчим. Селена постукивает по столу ручкой, я достаю телефон и проверяю, нет ли сообщений от Жизель. Я предупредил, что опоздаю к ужину, она не ответила. Она встречалась с Робертом, они обсуждали, какого издателя выбрать, но это было раньше. Она что-то говорила про выставку спортивных трофеев и про то, что должна отвезли Миртл к врачу, но ведь телефон при ней…

– Что с тобой? – насмешливо спрашивает Селена, прерывая мои мысли. – Я говорю, что в этом месяце ты сорвешь банк, а ты реагируешь так, будто речь идет о какой-то мелочи. Надо попросить у тебя машину компании, чтобы ездить отсюда домой и обратно, хотя это ровно миля: ты бы не отказал. Хочу старомодный белый «Понтиак» с синей полосой на капоте: на таких катается деревенщина, но такая уж у меня прихоть.