Читаем Не для меня полностью

Мы не ссорились. Но отношения у нас были далеки от тех, что были когда-то. Иногда казалось, что Алёна душой не со мной, словно я силой держал её и не давал уйти. И меня это тяготило. Раньше я думал, что я вытяну нас один, лишь бы она вернулась и позволила мне быть рядом. Но теперь я понял, что это невозможно. В счастливой семье над отношениями должны работать оба. А я всё острее чувствовал, что Алёна не любит меня, а лишь позволяет себя любить.

Я начал уставать от такой семьи. Совсем не так я представлял себе наше воссоединение, не о таком мечтал. Более того, иногда мне казалось, что я уже не был уверен, что войти второй раз в одну и ту же реку было хорошей идеей. Похоже, мы оба оказались в западне.

Я всё чаще задавал себе вопросы, люблю ли свою жену и хочу ли прожить с ней до конца жизни? И каждый раз мне всё труднее было давать утвердительный ответ.

За неделю до нового года в выходной день Алёнка отправилась на прогулку с подругой. От моей компании она отказалась, заверив, что у них свои секреты и в другой раз поболтать они не смогут, поскольку подруга работает. Вернулась домой она очень возбуждённая, довольная, с каким-то пакетом.

— Алекс, некоторое время назад у Маринки были проблемы, и ей нужны были деньги. Мне пришлось ей помочь, воспользовавшись картой, которую ты мне дал. Теперь у неё всё решилось, и она вернула то, что брала у меня. Вот. Я не знаю, как их положить обратно на счёт. Реши, пожалуйста, этот вопрос, ладно?

В пакете было несколько пачек крупными купюрами. Так вот для чего она снимала деньги с карты! Что ж, даже хорошо, что я не стал тогда у неё спрашивать.

— Окей, я решу. Тебе нужны наличные?

Она пожала плечами.

— Что это у тебя так вкусно пахнет? Я проголодалась!

Это был чудесный вечер, который мы провели вместе, как когда-то раньше, а потом долго и нежно занимались любовью. Я корил себя за то, что сомневался в наших чувствах и нашей семье. Кажется, я снова был счастлив.

Алёнка разбудила меня среди ночи.

— Алекс, Алекс, просыпайся, у меня схватки начались.

— Алёнка, какие схватки? Ещё же очень рано?

— Вставай же. Или мне скорую вызывать?

Я вскочил, не совсем понимая, что происходило.

— Ты же говорила, что срок у тебя в начале февраля! А сейчас ещё декабрь!

— Я не знаю, я сама не понимаю. Может, это просто тонус и меня положат на сохранение. Но мне кажется, что это схватки. Надо ехать быстрее!

Я окончательно проснулся, быстро напялил на себя первые попавшиеся вещи и ждал, пока жена будет готова.

— Алёна, я привезу тебе позже всё, что нужно. Не копайся, давай я тебя уже туда отвезу, а потом вернусь за вещами.

Мы как раз недавно успели договориться с известным в городе акушером-гинекологом в областном роддоме. Пока я набирал мобильный врача, Алёнка наконец-то оделась и даже взяла какую-то сумку.

Я страшно нервничал. Но врач меня успокоил, пообещав, что сам уже выезжает в роддом и встретит нас там.

Благо, ночью дорога была пустая, я гнал, нарушая все возможные правила дорожного движения. Алёнка периодически корчилась от боли, замеряя время между схватками.

Глава 22

Александр

Алёнку забрали в приёмное отделение, а я остался сидеть возле входа, ожидая вердикта. Надеялся, что врачам удастся остановить родовую деятельность и хоть немного оттянуть рождение малыша. Всё-таки 33 недели — это совсем рано и очень рискованно!

Спустя некоторое время Алёнка написала сообщение, что она уже в предродовой. У меня начался психоз. Самым большим страхом для меня было снова потерять ребёнка. Пытался понять, что же могло спровоцировать преждевременные роды. Ругал себя за вечерний секс, опасаясь, что это произошло из-за него.

На улице было ещё совсем темно. Вокруг ни души. Нервы оголены. В голову лезли разные нехорошие мысли. Мне бы с кем-то поговорить, но часах было 4 часа, в такое время вряд ли кто-то согласился бы побыть для меня психологом.

Через время возле приёмного отделения я заметил мужчину. Он, как и я, нервно ходил из стороны в сторону, выкуривая одну сигарету за другой. В какой-то момент мы с ним поравнялись.

— У вас тоже жена рожает?

Он кивнул. Я разглядел его. Мужчина был явно восточной национальности — смуглый, черноволосый, с густой чёрной порослью на лице. Одет был дорого и солидно, но растерян, как мальчишка. В его глазах читались паника и страх. Видимо, на моём лице сейчас отражались те же эмоции.

— У жены преждевременные роды. Я с ума сойду от неизвестности и волнений.

— Не переживайте, всё будет хорошо, — он говорил с лёгким акцентом. Голос был уверенный, как будто он знал наперёд всё, что произойдёт. Это не очень вязалось с тем, что я прочитал в его глазах.

Алёнка написала мне ещё несколько сообщений. Моему коллеге по ожиданию жена звонила много раз, они подолгу разговаривали. Я слышал, как он шептал ей всякие нежности. Я бы тоже хотел поговорить с любимой, но она не звонила, а я боялся её беспокоить. Всё-таки ситуация у неё была нештатная.