Читаем (не) девственница для дракона полностью

Путь держала прямо в кабинет Ректора. Я собиралась просить об индивидуальном расписании и выборочном подборе предметов. Ведь, если верить Дарку — а я не сомневалась в его словах — война начнется уже совсем скоро. Значит, у меня есть всего лишь несколько месяцев, чтобы подтянуть свой уровень знаний в действительно важных дисциплинах.

В приемной Ректора Академии властвовала уже знакомая мне секретарша. Увидев меня, она тут же состроила надменную гримасу и бросила полный пренебрежения взгляд. Я же, полностью проигнорировав как взгляд, так, собственно, и саму секретаршу, не замедляя хода, прошествовала прямо к двери Габриэля.

Барышня что-то гневно-возмущенно запричитала, порываясь встань из-за стола, однако я даже не вслушивалась. Постучала негромко и, не дожидаясь разрешения, открыла дверь.

Ректор был на месте. Он стоял возле стола, тяжело опустившись на руки. Мужчина был задумчиво-напряженный, хмурый, между бровями у него залегла глубокая морщинка.

— Анна? — Габриэль не очень удивился моему появлению.

— Есть новости!? — я мигом забыла о причине своего посещения.

Мужчина кивнул:

— Неутешительные. Я не могу сейчас рассказать всего, но ты не случайно оказалась на этаже любителей Зелья висельника. Да и Зельман там…

Я же подошла к мужчине и указательным пальчиком погладила его лоб, словно пытаясь разгладить морщинку. Мужчина прервался на полуслове, внимательно следя за моим передвижением.

— Что ты делаешь, Анна? — спросил тихо. Теперь он действительно удивился.

— Мне не нравится, когда вы хмуритесь. Улыбка вам больше идет.

Габриэль улыбнулся, а его лицо разгладилось, словно сбросило весь груз дневных забот. Вот, так уже лучше.

Я же, улыбнувшись в ответ, поднялась на носочки и легонько поцеловала Габриэля в губы — это был спонтанный порыв, но он возымел на меня саму неожиданно сильное действие. Я сама углубила поцелуй, вознамерившись на этот раз довести дело до конца.

— Анна… — Габриэль выдохнул мое имя мне в рот. Потом взлохматил себе волосы и отстранился. — Ты снова пьяна?

— Нет, лорд Ректор, — я медленно снимаю с шеи платок.

— Тогда что ты делаешь? — а сам напряжен, костяшки на пальцах побелели, взгляд намертво приклеился ко мне, ловя каждое мое движение. Он пытается не показать своего волнения, но я вижу, как сильно желанна.

— Соблазняю вас. Не бойтесь, не в счет моего долга.

Мужчина резко выдохнул:

— Анна, ты потом пожалеешь.

— Да-да, не влюбляться в вас, мы не будем вместе — я все помню. Но сейчас есть вы и я — завтра не существует. Только ты настоящий, понимаешь? — Я развязала пояс платья. Приблизилась к Габриэлю и начала расстегивать пуговицу у него на рубашке. Поцеловала его подбородок, обвила руками шею, приближая мужчину к себе.

Я уверенна, я не сомневаюсь. Пускай я потом пожалею, так лучше ведь жалеть о том, что было, а не о том, чего не случилось. К Урху все запреты! Самые строгие нормы так называемой морали придумали самые большие развратники.

Габриэль же упер свой лоб в мой и обхватил мои руки своими.

— Нет, я должен тебе кое-что сказать… — Голос хриплый и такой низкий, у меня от него мурашки.

— Хватит разговоров. Поверьте, нет ничего, что заставит меня сейчас передумать, — я приподнялась на носочках и застенчиво, но уверенно, шепнула мужчине в ухо: — Я хочу тебя…

— Драк Всемогущий, я же не Ледяной! Анна, ты сводишь меня с ума!

— Как и вы меня, Ректор. Не сдерживайте себя! — и я снова поцеловала его. На этот раз страстно, напористо, сметая последние баррикады его самообладания.

И мужчина сдался. Он с рычанием усадил меня на стол, опаляя шею яростными поцелуями. Руки же его заскользили вверх по моим ногам, пока не достигли трусиков. А там его пальцы уже знали, что делать — он проник ими в меня, ловя мой затуманенный взгляд и мои рваные стоны.

Всевидящий! Разве может быть так хорошо!?

— Какая же ты горячая. Моя девочка! Моя!

— Арденс! — выкрикнула с громким стоном, когда мужчина наконец извлек палец, и вошел в меня одним сильным слитным движением. Он двигался резко, неистово. Брал меня, словно изголодавшийся зверь после зимней спячки. Я же кричала, стонала, молила и скулила, царапала его спину и прижимала мужчину к себе, как будто мы могли стать еще ближе, слиться воедино. Потом же стало так хорошо, что весь мир разлетелся на тысячу осколков, я перестала видеть и слышать. Только он, только я, только сейчас…

Габриэль же сделал несколько резких толчков и тоже замер, уткнувшись лицом в мою шею, как безумный шепча мое имя.

Ректор нехотя отстранился от меня, но лишь затем, чтобы постелить свой плащ на пол и перенести меня на него. Снял с себя мокрую, чудом уцелевшую рубаху, и не глядя, отбросил в сторону. Хищно улыбаясь, наклонился ко мне и прошептал тоном, не терпящим возражений:

— Снимай это унылое платье и рубашку.

— Ар… Бриэль, что ты делаешь?

— Раз ты сама пришла ко мне в логово, то я тебя так просто не отпущу.

— Но мы ведь в твоем кабинете, идут пары…

— Ты немного запоздало об этом вспомнила, не находишь? — Габриэль поднял мою рубаху до пояса и горячо поцеловал в живот. — Раздевайся, Анна, иначе за сохранность одежды я не ручаюсь.