Читаем Научи меня полностью

   Он не представлял, сколько времени, денег и сил требует молодая семья, и это еще ребенок у них не родился. Я не знаю, думал ли он о том, чтобы все бросить и уйти, думал ли о том, что зря взял на себя такую ответственность, но Ванька не сбежал. Ему было тяжело, трудно, но он все равно остался и ни разу не пожаловался ни мне, ни матери. Хотя мы обе видели, как он мечется, не зная, за что браться.

   На учебу он откровенно забил и почти всю сессию элементарно купил. Договаривался с преподавателями, отдал кучу денег, и самостоятельно сдал только один экзамен, кое-как вытянув его на тройку. В очередной раз Ванька поменял работу, устроившись дальнобойщиком на тридцатитонную фуру. Я видела его машину - там даже колесо больше меня, и рядом с такой громадиной мне становилось неуютно.

   - Вань, может, ну ее, эту работу? Останься на старой, - попробовала я поговорить с ним перед рейсом в Новосибирск. Брат уезжал примерно на месяц, и это только в лучшем случае. Две недели туда, две обратно. На самом деле, Вано, скорее всего, задержится, но он пообещал, что с рейса он получит приличные деньги, которые им с Надей сейчас были ой как нужны. - Лишние десять-пятнадцать штук все равно ничего не решат.

   - Как ты себе это представляешь? - брат с головой зарылся в шкаф, выискивая нужные вещи. - Я вообще-то уже договор подписал. Меня люди ждут. Тем более, это не первая моя поездка.

   - Да, но раньше ты не уезжал так надолго. Не сравнивай, Вань, - я отодвинула брата, пока он все не разворотил в шкафу, и быстро нашла собранный мною пакет с его вещами. - Вот, блин...переворочал тут все, а мне теперь заново убирать. Я же сказала - пакет на верхней полке! Что ты полез сюда?

   - Прости, - брат распахнул сумку и беглым взглядом окинул положенные мной вещи. - Кать, спасибо. Что бы я без тебя делал?

   Я пробурчала что-то невнятное и не ответила, убирая разведенный бардак.

   - И, Вань, на кухне лежит пакет с продуктами. Я тебе в дорогу собрала, - Ванька кивнул. - И еще вытащи переносной холодильник, пока не забыл.

   Ванька маетно вздохнул и плюхнулся на диван.

   - Ка-а-ть, - простонал брат. - Я потом...

   - Потом ты забудешь. Как в прошлый раз, - со значением прибавила я. - Что, так сложно оторвать свое мягкое место от дивана и собрать все вещи, чтобы в последнюю минуту не бегать по всей квартире?

   Ванька поерзал, поотнекивался, но на кухню я его все-таки спровадила, заодно сделав нам с ним кофе. Нади не было, она сказала, что ей нужно в магазин, и мама пошла с ней, сказав, что тяжести девушке в ее положении таскать не рекомендуется.

   Провожать Вано тоже пришлось мне, потому что Надя к тому времени так и не пришла. Я ничего ни ей, ни брату говорить не стала, не мое это дело, но мне подобное отношение не понравилось.

   - Вань, ты не задерживайся. У тебя через месяц свадьба, - я пригладила ему волосы и еще раз придирчиво осмотрела с головы до ног. - Надя тебе не простит, если ты не явишься.

   - Постараюсь, - брат меня в щеку поцеловал и с легкостью подхватил пакеты. - Все, Катюх, я поехал. Надьке с мамой привет.

   Такие отъезды Вано стали постоянным и устоявшимся явлением в нашей жизни. Он уезжал минимум недели на две, обычно же отсутствовал по месяцу, хотя и зарабатывать на дальних грузоперевозках стал больше, во всяком случае, невооруженным взглядом было видно, что с Надей они ни в чем не нуждаются.

   С девушкой же...Иногда, особенно в ситуации с Надеждой, я очень хотела, чтобы мама ошибалась в своей оценке. Ванька уезжал, и уезжал надолго, и у нас на руках, можно сказать, оставался беспомощный беременный ребенок. Вначале Надя вела себя скромно и до зубового скрежета предупредительно. Она постоянно извинялась, все время переспрашивала и уточняла, правильно ли она сделала или поступила. Мы с детства с братом были самостоятельными, мы привыкли отвечать за себя и за свои поступки, и лично меня такое растительное состояние раздражало и выводило из себя. Я скрипя зубами сдерживалась и старалась не показывать своего настоящего мнения насчет ее умственных способностей, а иногда мне становилось ее безумно жаль.

   - Кать, - из гостиной раздался слабый и вымученный голос Нади. - Ка-а-ть, ты здесь?

   Я вздохнула, выключая газовую конфорку до лучших времен, вытерла руки об полотенце и пошла в комнату к девушке.

   - Что такое, Надь? Тебе что-то нужно?

   Она, закусив губу, замялась и нерешительно на меня поглядела, но вот честно, сейчас мне меньше всего хотелось играть в шарады и разгадывать ее настроение.

   Не дождавшись от меня никакой реакции, Надя сглотнула и попросила:

   - Ты не могла бы посидеть со мной? Совсем немного?

   Мне сразу стало стыдно за свои мысли. Господи, передо мной ребенок, а я пытаюсь переложить на нее огромную ответственность. Она одна, без семьи, без парня, в новом незнакомом доме, с немалым сроком, а я злюсь на нее за то, что она ничего не может. Я осторожно присела на противоположный край дивана и с тревогой взглянула на девушку.

   - Ты как? Очень плохо? Или болит что-то?

   Она нервно улыбнулась и покачала головой.

   - Да нет, не болит, просто не по себе.

   - Тебе здесь не нравится, да? - тихо спросила я.